Книга Сделка со Смертью. Муж воскрес и изменил, страница 39 – Кристина Юраш

Только горничная, похоже, ничего подобного не почувствовала.

Она взглянула на него с недоумением, затем снова повернулась ко мне и послушно склонила голову.

— Да, мадам, — произнесла она и вышла, осторожно прикрыв за собой дверь.

Я увидела, как напряглась челюсть Игниса. Он проводил девушку таким взглядом, каким прежде мог наградить слугу, позволившего себе неслыханную дерзость.

Но сейчас его приказ ничего не значил.

И, кажется, именно это привело мужа в гораздо большее бешенство, чем мой вопрос об Анаид.

— Аделла, прекрати этот цирк, — потребовал он, приблизившись ко мне. — Ты что, собираешься допрашивать прислугу из-за какого-то сна? Да посмотри на себя! Ты едва на ногах стоишь!

Я действительно держалась из последних сил. Под ночной сорочкой было зябко, нога ныла, а в висках неприятно стучало после бессонной ночи. Мне хотелось сесть, но я почему-то боялась сделать это при Игнисе. Стоило мне опуститься на постель, и он наверняка снова принялся бы убеждать, что я слишком измучена и не понимаю, что говорю.

— Раз тебе нечего скрывать, ты ведь не станешь возражать против одного маленького вопроса? — спросила я, с трудом удерживая голос ровным.

Он сжал губы, однако отвечать не стал.

Мне снова вспомнилось, как вчера я прижималась к его холодному плечу, просила открыть глаза, обещала, что никогда не отпущу. А теперь стояла напротив живого мужа и боялась, что он снова заговорит.

Когда в коридоре послышались шаги, Игнис резко обернулся к двери.

Горничная привела кучера. Мужчина остановился на пороге и, заметив меня возле кровати, торопливо поклонился. По его взгляду я поняла, что он растерялся: посреди ночи герцогиня потребовала его к себе, а рядом стоял какой-то молодой лакей, который, судя по выражению лица, был крайне недоволен происходящим.

Кучер мог одной фразой уничтожить последнюю ложь Игниса. И я видела, как муж не хочет услышать этот ответ.

— Где вы были? — спросила я, обращаясь к кучеру. Пришлось облизнуть пересохшие губы, прежде чем продолжить: — Куда вы отвозили этого человека?

— Приказываю тебе молчать! — взревел Игнис, шагнув к кучеру прежде, чем тот успел ответить.

Я вздрогнула от его голоса.

Прежде я никогда не боялась, когда муж сердился на прислугу. Мне казалось естественным, что хозяин дома имеет право требовать исполнения приказов. Но сейчас передо мной стоял совершенно другой человек — молодой лакей, в теле которого жила душа герцога. И этот лакей почему-то решил, что может распоряжаться в моей спальне.

Кучер выпрямился. Я заметила, как он нахмурился, выслушав приказ, и перевёл взгляд на меня, явно ожидая распоряжений именно от хозяйки.

— Вы мне не господин, чтобы приказывать, — произнёс он сдержанно, но достаточно твёрдо. — Я отвечаю только перед её светлостью.

От неожиданности Игнис на мгновение лишился дара речи.

Я увидела, как муж сжал пальцы в кулаки. Ему явно хотелось поставить дерзкого слугу на место, но тот даже не собирался извиняться. Он стоял возле двери и ждал моего вопроса, словно человека в ливрее рядом со мной вообще не существовало.

Я почувствовала странное, почти болезненное удовлетворение. Раньше Игнису достаточно было повысить голос, чтобы все вокруг торопились выполнить его волю. А теперь кучер смотрел на него как на равного себе слугу, который позволил себе распоряжаться чужой работой.