Онлайн книга «Замок над морем»
|
Алаис развернулась и стала выбираться на берег. М-да, а малыш-то у нее тяжелый. Устала она его держать, просто устала. И ноги, и руки у нее дрожат от усталости, а от чего же еще? Только от усталости! * * * Когда Алаис выбралась на берег, никто не решился подойти к ней. Потом Далан кое-как стряхнул с себя оцепенение, подбежал с большим полотенцем, закутал подругу. — Возьми, накинь на ребенка… Алаис мысленно поблагодарила Лизетту за пять запасных пеленок, потому что ребенок, разумеется, нагадил, как только его прекратили вытирать. Пришлось повторять процедуру и заворачивать его в чистое и сухое. Потом вручать Далану, а потом уже Алаис посмотрела на Давертов. — Что скажете, тьер, тьерина? Лусия была бледна, как молоко. — Эт-то… — Именно то, о чем вы подумали. – Алаис была сама любезность, насколько это возможно ночью, на берегу моря и в мокром платье. А между прочим, ветер с моря – штука такая, пронизывающая. И хорошо бы поторопиться, а то воспаление придатков и почек – оно нерассуждающее. Будь ты хоть трижды герцог, но как прохватит… И антибиотиков здесь нет, разве что дыню с плесенью скушать? — А-акула? — Косатка, – поправила Алаис. – Я же Карнавон. А вот у вас будет акула. Лусия так замотала головой, что прическа растрепалась в крысиные хвостики. — Я не смогу! Нет! Не смогу! — Никто и не неволит, – буркнула Алаис. И уже громче, вполне вежливо: – Потому я и проводила сначала обряд для своего ребенка. Подвергать вас неизвестной опасности было бы нечестно. — А известной опасности – можно? Луис крепко прижимал к себе сестру, чтобы та не бросилась бежать невесть куда сломя голову. И взгляд его был отнюдь не дружелюбным. — Я вас честно предупреждала, – парировала Алаис. – Или нет? Тьер Даверт неохотно кивнул. Было. Да, было такое, но… От обряда, который провела Алаис, у Луиса, мужчины, который и сам убивал, и не раз ходил под смертью, сердце стиснуло холодом. И развеиваться он не торопился. Это было… нет, не страшно. Не то слово, нет. От происходящего веяло первобытной жутью. Той, которая заставляет детей прятаться под одеяло, а взрослых людей вскидываться в холодном поту на кровати и дрожащей рукой нашаривать символ Ардена. Не страх. Страх – это осознанное пугало. Страх за жизнь и здоровье, боязнь потерять близких, испуг перед высотой или огнем, водой, диким зверем – это нормально. А вот потусторонний вымораживающий ужас, когтистой лапой перехватывающий горло… Именно это и ощутил Луис Даверт. — Я просто не думал… Ах, как хотелось женщине сказать: «Я и не сомневалась». Но Алаис фыркнула, забрала у Далана попискивающего ребенка и приблизилась к костру. — Мне надо его покормить, потом, если хотите, будет обряд и для вас, тьер. Вы подумайте пару минут, подумайте… Алаис поудобнее устроилась на свернутой втрое попоне, пристроила ребенка. Это на картинах дамы кормят младенца, держа на руках, а в жизни… А в жизни он – весьма увесистая гусеничка килограммов уже около пяти, и удерживать его сложновато. Он вертится, его надо пристроить поудобнее, а когда кормишь, еще и держать, в идеале опирая на что-нибудь локоть. Иначе это задачка для качков. Кто не верит – пять килограмм в руку и продержать так полчаса. На весу, ни на что не опираясь. Далан придержал вторую попону перед Алаис. Сам он отвернулся в сторону, но уши у него горели очень красноречиво. |