Онлайн книга «Двуликие: Дева Завесы»
|
Мира робко примостилась рядом с Дамиром, молча слушала и пила отвар из кружки, что заботливо пододвинула ей Радмила. — А чудовища в небе, что выли так страшно? — тихо спросила она. — Неужто крылы? — Они самые, — мрачно подтвердил Дамир. Светлая прядь упала ему на глаза, скрыв в их глубине ярость и беспомощность. Он кратко, словно рубя топором, пересказал Раде события ночи. Голос его то и дело срывался, когда он вспоминал, как тянул руки к уродливому монстру, видя в нем живого, улыбающегося отца. Рассказал о свисте кожистых крыльев, о бойне, где лесная шептунья превратилась в ошмётки тьмы под когтями крылатого чудища. И о том, как этот хищник, рухнув на землю, на их глазах обернулся израненной Ингрид. А затем из тени дерева появился еще один. — Мирка, отчаянная, пошла прямо к нему. Представляешь? — его голос дрожал от возбуждения. — Я думал, что все. Обоих нас разорвет на части… — парень перешел на шепот, словно кто-то мог их подслушать. — А Мира руку протянула и на его грудь положила, словно котенка погладить решила. Не побоялась… — А он — что? — Рада уперлась локтями в стол и подалась вперед. — Обратился, — тряхнув головой, Дамир криво усмехнулся. — В патлатого. В этого белобрысого местного князька. Можешь представить? Рада охнула, прижав ладони к губам. Глаза её округлились, в них читалось полное смятение. Она перевела взгляд на спящую Ингрид, потом снова на Дамира. — В Леора? — прошептала она, и голос её дрогнул. — Так эти… крылы, пепельники, ходари, мавки и прочая мерзость… Они не просто твари, созданные Аскарами, чтобы держать нас в узде? Это люди? — Выходит, что так, — Дамир сжал свою кружку пальцами так крепко, что хрустнули костяшки. — Мы всю жизнь думали, что твари из Завесы и Черного Леса — бездушные порождения Аскаров. А они могут принимать лик людей. Улыбаются, лечат раны, подают еду. А ночью выпускают когти. — Но… — задумчиво начала Рада, озадаченно сдвинув брови. Взгляд ее плавно скользнул на Ингрид, едва дышащую и все такую же бледную. В услышанное верилось с трудом. Не похожа целительница на монстра. Вот хоть убей — не похожа. И Леор, и остальные обитатели долины. — Но они же не тронули вас, а убили эту… шептуниху. — Ага, не тронули! Что-то ты быстро забыла, сколько людей гибнет из года в год от их налетов. — взглянул на нее исподлобья Дамир. — Защищать их вздумала? — взбеленился он. — Драконы у тебя, значит, кровожадное зло, а аскарские выродки — спасители и защитники. — Угомонись, Дамир, я не то имела в виду, — нахмурилась Рада. — Я разобраться хочу. Понять, что они такое и зачем им мы. Ты же первый сказал, что они люди. Вот я и подумала… — Да о чем тут думать? Морок это, колдовство, — огрызнулся Дамир. — Наиграются с нами и сожрут. Зуб даю, сожрут и не подавятся. Откормят на дармовых харчах, а потом пустят под нож, как свиней перед осенним убоем. Или в жертву принесут своим проклятым создателям. Мира отодвинула чашку в сторону. Тепло отвара больше не согревало, внутри всё заледенело. Она вспомнила странное, необъяснимое ощущение под ладонью, когда костяные гребни и чешуйки на груди монстра начали превращаться в человеческую кожу. Тепло, что струилось по венам, и необычную ясность разума… — Хотели бы — сожрали еще вчера, — возразила она и посмотрела в темные очи Радмилы, в которых искрилась обида и блестели подступающие слезы. — Леор сказал мне кое-что… |