Книга Двуликие: Дева Завесы, страница 69 – Алекс Джиллиан

Дамир, все еще кипя от ярости, вел её под руку, намеренно не касаясь голой кожи. Его ладонь ощущалась горячей и надежной, но даже это тепло не могло унять дрожь. Слова Леора «Он не найдет тебя» крутились в голове навязчивым мотивом.

Кто — он?

Неужели аскарские инквизиторы могут вернуться за ней?

Но зачем? Для них она сутки как мертва, как и остальные, кого утащили крылы и мавки.

Или Леор имел в виду кого-то поопаснее?

Рунверского князя?

Нет, чушь какая-то… Какое ему дело до сгинувшей отмеченной, если ему везут десяток других?

А Верховный и вовсе ничего не знает о ее существовании. К тому же кроваво-золотые резцы короны не прорезались на ее коже с того момента, как она попала в Тиходолье.

Назад они возвращались молча. Рада, обычно словоохотливая, теперь лишь затравленно озиралась. Её восторженность перед чудным краем дала трещину. Красота долины в сумерках стала тяжелой, давящей. Золотистые птицы исчезли. Вместо их пения над Тиходольем повисла гулкая, неестественная тишина. Жирные коровы и овцы тоже куда-то испарились.

Когда впереди показалась их изба, небо над долиной окончательно сменило янтарный блеск на глубокий фиолет. Обещанный туман начал наползать с реки. Тяжелый и липкий, он клочьями цеплялся за резные крылечки и босые ноги путников.

Леор остановился у самого порога, преграждая путь Дамиру, который уже приготовился захлопнуть дверь перед лицом проводника.

— Отдыхайте, — произнес беловолосый. Его голос в сгущающихся сумерках обрел вибрирующий обертон. — Ночью Тиходолье слушает. Не отвечайте на зов, даже если он покажется вам знакомым.

Он плавно развернулся и исчез в тумане. Он двигался так быстро, что через мгновение на влажной траве не осталось даже тени.

— Ну и тип, — буркнул Дамир. — «Не отвечайте на зов»… Да я от удара грома не проснусь, так вымотался.

Внутри избы их ждала Ингрид. Она не зажгла магические светильники, ограничившись парой восковых свечей на столе. В полумраке её лицо казалось совершенным и пугающе неподвижным. Она стояла у стола, и блики пламени заставляли её изумрудное платье мерцать, все больше напоминая живую чешую.

Мира невольно поежилась, чувствуя себя крайне неуютно. Да, они в гостях, но это не значит, что Ингрид может врываться в дом, когда ей вздумается. Или у них тут так заведено? Никаких границ для своих, заходи в любую избу и делай там что хочешь? Так, получается?

— Вы вернулись, — констатировала целительница. — Садитесь. Ужин остывает.

Рада, которая всю дорогу кусала губы, не выдержала. Она не пошла к столу, а замерла у окна, всматриваясь в туманные вихри на улице.

— Ингрид, — голос девушки из Лиграда прозвучал надтреснуто. — Неужели в вашей долине не рождаются дети с другим цветом волос или глаз? Я не в укор, вы все невозможно красивые, но разве это не странно?

Женщина медленно повернула голову. В тусклом свете свечей её глаза сверкнули холодным, нечеловеческим блеском.

— Наша кровь олицетворяет чистоту и силу долины, — мягко ответила она. — Мы бережем её от искажений…

Ингрид сделала паузу, и в наступившей тишине Мира отчетливо услышала, как за окном, в густеющем тумане, тонко звенят невидимые колокольчики — так шумел ветер в ветвях магических деревьев.

— Леор принадлежит к древнейшей ветви… нашего вида, — запнувшись, продолжила целительница, и в её голосе зазвучала гордость, граничащая с благоговением. — Таких, как он, в других долинах почитают так же, как Аскары восхваляют своих князей.