Книга Двуликие: Дева Завесы, страница 165 – Алекс Джиллиан

— Первое пророчество принадлежит Аскароту, а второе — попытка высшего Божества Земли внести еще больший раздор во враждующие расы. Заставить нас убивать друг друга во имя призрачного спасения. Двуликим ты нужна, чтобы навсегда излечиться от безумия, а князьям — для окончательного объединения с драконами на этой земле.

— А реликты? — едва слышно произнесла Мира, холодея от подступающей паники. В памяти живо всплыл одержимый блеск в глазах Верховного, с которым он говорил о возвращении в Аскарию. — Кайрос сказал…

— Он единственный искренне верит, что Огненная Дева сорвет печати земли и откроет путь в наш мир, — нетерпеливо перебил наместник. — Да, он пойдет на многое ради этого, но князь Вейрон не позволит тебе дожить до пробуждения Аскарота.

Мира отшатнулась, чувствуя, как невидимые тиски сдавливают горло. Обрывки чужих речей и недомолвок начали складываться в единую, безжалостную картину.

Если Вейрон убьет её, врата останутся закрытыми.

Но зачем одному из князей препятствовать возвращению в родной мир?

Ответ напрашивался сам собой: ненасытная жажда власти.

Значит, князь Рунвера не собирается подчиняться Верховному и уж тем более делиться с кем-либо. Он жаждет единолично вернуть себе утраченную связь с драконами.

Зачем ему остальные князья, если, поглотив её силу, он возвысится над всеми? Тогда ни Кайрос, ни даже спящий Аскарот больше не будут для него помехой.

Мира обреченно усмехнулась. В этом жестоком мире бессмертных чудовищ она оказалась абсолютно одна — разменная монета в чужой игре за господство.

Оглушительный скрежет расколол гнетущую тишину, не позволив Мире додумать леденящую мысль. Пространство вокруг завибрировало, выбивая воздух из груди и наполняя гортань привкусом горелой каменной пыли.

Она резко обернулась, инстинктивно сжав кулаки и готовясь к новому удару.

Глаза девушки потрясенно распахнулись, когда монолитная стена с заговоренным решетчатым отверстием снова содрогнулась. По изъеденной плесенью поверхности стремительно расползлась паутина трещин, изливающих мертвенное сияние.

Древний камень плавился, точно податливый воск, и послушно расступался в стороны, повинуясь воле того, кто находился снаружи. Оглушительный гул сотряс темницу до основания, плиты под босыми ступнями Миры пришли в движение. Она пошатнулась, но сумела удержать равновесие, вовремя сгруппировавшись.

В образовавшуюся брешь хлынул горячий воздушный поток, пропитанный запахом едкой гари и каленого железа. Следом в узкое пространство просочился густой серый дым, из эпицентра которого уверенно шагнул мужской силуэт.

Мира на миг обомлела, глядя на высокого Аскара, облаченного в стальные доспехи. На широкой нагрудной пластине зловеще мерцал выгравированный символ дома Рунвера, один в один повторяющий пылающую метку на ее запястье. Кровь разом вскипела в венах, отзываясь на близость князя Вейрона, чей магический знак она получила первым.

Вне всяких сомнений это был он. Могущественный Владыка недр и металла.

Правитель Рунвера являл собой воплощение безжалостной тверди. Отливающая серебром броня создавала обманчивое ощущение прохлады, а взгляд алых глаз в прорезях шлема казался пропитанным стужей Мерзлых Земель. И, несмотря на клубящийся вокруг него обжигающий туман, Мира ощутила, как все ее тело сковал холодный озноб, а кожа под тонкой рубашкой покрылась колючими мурашками.