Книга Хозяйка магазинчика "Сияй и властвуй", страница 73 – Алена Шашкова

На самом деле я понятия не имею, насколько она уютная, просто заметила ее по дороге сюда. Но как вариант для встречи подойдет.

Элиот улыбается, кивает и обходит нас со Скалой, протискиваясь в дверь.

Спиной чувствую неодобрение, исходящее от доверенного лица Бьерна. Наверняка же ему тоже были выданы инструкции о том, что мне стоит держаться ото всех подальше, чтобы не влипать ни в какие проблемы.

Но Элиот уже меня узнал, и теперь у меня два пути: попытаться избавиться от него, что, естественно, я сразу отметаю, или получить от этой ситуации выгоду. Да, я решаю пойти по второму.

Я заканчиваю покупки в аптеке и отправляюсь в озвученную кофейню. Скала по-прежнему молчит, но настойчиво ведет — у него это получается даже без прикосновений, просто своим присутствием! — к экипажу, очень доходчиво открывает дверь и дает понять, что даже квартал мы все равно проедем, а не будем разгуливать пешком. Мол, и так слишком много ходили.

Кофейня оказывается действительно уютной и очень тихой. Из пяти столиков заняты всего два, а за третий сажусь я с крохотной чашечкой крепкого кофе и небольшим пирожным с марципанами, как заявлено, от “Сладких булочек”.

Скала только заглядывает, но не заходит, а возвращается к экипажу. Надо бы ему тоже захватить пирожных — не оставлять же его голодным.

— Нира, — Элиот присаживается рядом, искренне улыбаясь. — Я, честно говоря, по пути сюда уже начал думать, что мне привиделось, что вас встретил.

— Но это я, да, — тихо говорю я. — Даже если меня успели похоронить.

Лицо Элиота становится сумрачным:

— Тут все не так просто, нира, — я понимаю, что он намеренно не называет меня по имени. — Объявить-то объявили. Но все так расплывчато и непонятно, да еще и без похорон. Я продолжал надеяться. Даже, как приехал, показалось, что увидел в городе. Потом откинул мысль, и вот вы здесь…

Поднимаю руку, останавливая его поток радости, который у управляющего никак не заканчивается, и он тут же замолкает.

— Скажи мне, как там, на фабрике? Я понимаю, что времени еще мало прошло, — говорю я. — Но какие распоряжения отдал Франц?

— Ох, нира, он был так зол! Все снова и снова говорил о контракте с “Королевской Звездой”, который никак не приходит. Потом отослал меня в город… — рассказывает Элиот. — У нас многое докупать надо уже — вы же помните, мы утрясали с вами списки. Вот, по последним я и закупался.

Киваю. Это логично и понятно. Франц еще не скоро разберется сам с бухгалтерией и поставками.

— А люди как?

Пожалуй, именно рабочие меня сейчас больше всего беспокоят, потому что на тонущем корабле фабрики первыми пострадают именно они. А они как раз ни при чем.

— Женщины особенно шокированы, нира, — говорит управляющий. — Не верят. Многие помнят, как вы приходили к ним и сами показывали, учили, как надо делать.

Да… Я знаю по именам почти всех, кто работает у нас с самого начала, и сейчас испытываю огромную благодарность, что обо мне говорят, вспоминают. Я бы таких людей…

— Элиот, — я смотрю на управляющего сквозь прорези в своей маске. — Мне нужна твоя помощь.

— Чем смогу, нира…

— Мне нужно, чтобы ты следил за делами на фабрике и рассказывал мне, — говорю я.

Элиот хмурится, трет пальцами подбородок, а потом отвечает:

— Вы знаете, нира, на следующий день после вашего исчезновения на фабрику пришла Лидия и попросила все документы по патентам. Я их выдал, конечно, но сначала просмотрел сам. Вы же знаете, что они все не принадлежат вам?