Книга Хозяйка магазинчика "Сияй и властвуй", страница 174 – Алена Шашкова

— С чего вы взяли, что подделать? — громом раздается знакомый голос, от которого внутри разливается тепло. — Я их лично подписал. Как и приказ о вашем аресте.

Бьерн входит в кабинет не торопясь. При взгляде на этого мужчину ни у кого не возникнет даже мысли, что еще ночью он сражался с безумцем и почти умер от собственной магии. И даже не придет в голову спутать его с каким-то наемником.

Дорогой камзол с золотым шитьем, шелковая рубашка, штаны по фигуре и начищенные сапоги. И единственное, что остается привычным — это черный цвет одежды.

— К-как? — заикается мой бывший муж, глядя на Бьерна. — Вы…

— Герцог Фларен, — представляется мой будущий муж.

Слышится скрип стульев по паркету, а затем их грохот. Учредители “Королевской звезды” и Аманда поднимаются со своих мест и склоняют головы.

— Для нас честь принимать вас, ваша светлость, — говорит муж Аманды.

Корнелия издает какой-то жалобный “ой”, она заваливается, но, к ее чести, остается на ногах. У Франца от отчаяния окончательно сносит голову.

— Фабрика моя! Рецепты мои! А все долги — разделятся пополам!

Я делаю пару шагов к нему, Бьерн встает за моей спиной.

— Старые рецепты… Пусть будут твои, если они тебе так нужны. Долги… Тоже останутся твоими: при мне долгов не было, я за этим тщательно следила, — медленно произношу я, видя, как округляются глаза Франца. — Да-да, я лично вела все дела фабрики через Элиота. Просто ты не знал. Так что все долги остаются с тобой — ты их заработал уже после развода. А вот фабрика… Она уже почти не твоя. Вы не успели ее выкупить у ростовщика.

Я вижу, как поднимается и опускается кадык моего бывшего мужа. Он осознает все. Медленно и неотвратимо. И это осознание расплющивает его как тяжелая плита.

— Я как раз хотел тебя обрадовать, — произносит Бьерн. — Господин Краветц прислал документы на подпись: фабрику уже можно выкупать.

В кабинете повисает мертвая тишина. Франц медленно, словно сломанная кукла, поворачивает голову к матери. Корнелия судорожно хватает ртом воздух. Веер падает из ее ослабевших пальцев и с сухим стуком ударяется о пол.

Франц переводит совершенно пустой, раздавленный взгляд на меня. Человек, который годами питался моими идеями и моей энергией, теперь рассыпается на глазах, лишенный своей фальшивой опоры.

— Аманда, господа, — я грациозно поворачиваюсь к учредителям “Королевской звезды”, которые наблюдают за этой некрасивой сценой с нескрываемым изумлением и деловым интересом. — Прошу прощения за этот неуместный спектакль. Как видите, сотрудничество с семьей Левенс несет в себе лишь финансовые риски и судебные иски. Мой же контракт абсолютно чист, а формулы — улучшены и уникальны. Мы можем продолжать работу?

— Ты смогла все это провернуть только благодаря тому, что легла под герцога! Продажная…

Договорить он не успевает. Бьерн делает один удар, даже без замаха, и Франц оказывается на полу, а с его разбитого носа капает кровь.

— Прошу прощения, господа, — невозмутимо поворачивается Бьерн. — Я просто очень давно хотел это сделать.

Аманда медленно расплывается в довольной улыбке.

— Охрана! — ее муж щелкает пальцами. — Проводите этих людей к выходу. Им здесь не рады.

Франца, рассеянно вытирающего нос, и всхлипывающую Корнелию выводят из кабинета. Я не смотрю им вслед. Я стою в центре комнаты, чувствуя, как внутри расправляет крылья моя собственная сила. Бьерн кладет руку мне на талию и поворачивается к учредителям.