Книга Хозяйка магазинчика "Сияй и властвуй", страница 105 – Алена Шашкова

После этих слов Бьерн задумывается ненадолго.

— Я тебя понял, — говорит он. — Я постараюсь что-то придумать. Но это не значит, что тебе стоит быть менее внимательной. Пожалуйста.

Мы смотрим друг другу в глаза, словно продолжая разговор. Мы оба понимаем, что, сколько бы он ни хотел запереть меня в доме и оградить от всего — это невозможно. И сколько бы я ни пыталась осторожничать, какая-то из опасностей меня все равно настигнет.

— Бьерн… Ты выяснил, что я Лизабет Левенс, — говорю я. — Значит, ты знаешь, что у меня была самая сильная искра на тот момент.

Он кивает.

— Скажи… Ты только из-за этого трешься рядом? Только потому что я могу быть наиболее привлекательной для преступника?

— Он не знает, что ты Левенс. К тому же у тебя тогда была девичья фамилия.

— Пока не знает… Как Франц.

Скоро праздничное время подойдет к концу, и мне придется снять маску. И что будет тогда? Нет… К этому времени мне уже надо разобраться с Францем и всей этой отвратительной историей. И найти бы похитителя…

— Тебе нудно ответить герцогу, — произносит Бьерн.

— Да я не жду уже от этого гада чешуйчатого чего-то хорошего…

“Муж” открывает рот, чтобы возразить, но дом предупредительно вздрагивает, так что мы с Бьерном оба подбираемся, а в дверь раздается мощный, я бы даже сказала, властный стук.

— Нира Констанс! Именем герцога! Открывайте! — слышится из-за двери командный голос.

— Стража, — хмыкает Бьерн.

Мы оба надеваем маски, и я иду открывать дверь. На пороге стоит слегка седой, крепко сбитый мужчина в военной форме городской стражи.

— Доброго дня! Чем могу помочь? — вежливо спрашиваю я, кидая взгляд за спину стражнику.

Там с ехидным выражением лица стоит Корнетта, чуть ли руки не потирает. Поняла, что просто так уже к нам не вломиться.

— Уважаемая нира заявила, что вы незаконно занимаете ее дом, а когда она пришла просить вас съехать, вы напали на нее, — по-армейски четко отчитывается стражник. — Вынужден потребовать, чтобы вы прошли со мной. На допрос. И желательно добровольно, пока мне не пришлось применять силу.

Ну приехали.

Я делаю глубокий вдох, успокаивая бешено бьющееся сердце. Не из-за того, что испугалась, а из-за того, насколько меня раздражает наглая настойчивость Корнетты. Ничего, домик, мы тебя отстоим и постараемся больше не дать в обиду.

Скандал — это последнее, что мне сейчас нужно, особенно в моем положении. Поэтому я расправляю плечи и смотрю на стражника прямым, спокойным взглядом.

— Прошу прощения, офицер, но, боюсь, нира Корнетта вводит вас в заблуждение, — мой голос звучит ровно и вежливо, чем заметно удивляет стражника. — Мы с моим супругом полностью оплатили аренду, причем с немалой надбавкой, которую уважаемая хозяйка приняла лично в руки.

— Вранье! — взвизгивает Корнетта, тыча в меня узловатым пальцем. — Ничего я не брала! Они ворвались силой!

Стражник морщится от ее крика, заметно, что он в состоянии оценить контраст моего поведения и истерики старухи. Но его взгляд становится серьезнее.

— Нира, у вас есть договор?

— Есть договор, а передача монет состоялась при свидетелях, — с достоинством отвечаю я. — Нира Корнетта разрешила въехать. Разве стала бы она это делать, если бы мы были захватчиками?

Стражник рад бы мне поверить, но и Корнетта не собирается сдаваться.