Книга Угроза крушения, страница 31 – Юлия (Ли) Ода

Увы, но ничто не длится вечно, особенно хорошее.

— И? – поднял он глаза от второй опустевшей тарелки – с салатом, давая понять, что слушает.

— Эту мышеловку на тебя, – Рита тоже отложила приборы, – готовили очень тщательно. Очень! Ведь чтобы ситуация в итоге пришла к тому, что мы сейчас имеем, нужны были жестко заданные начальные условия. Много условий, в которые тебя умудрились мастерски загнать.

— И тебя, – пристально глянул он поверх стакана. – Вместе со всей твоей логикой механиков.

— И меня, – спорить та не стала. – И Витора.

— Витора? Думаешь, его тоже с самого начала планировали в расход? Вместе с тобой?

— Конечно. Идеальная же кандидатура для подобного – плохая репутация, плюс бывший предатель, способный запросто проделать такое уже с новыми хозяевами. Зачем он еще нужен, кроме как быть сыром в мышеловке?

— А сведения, например? – попытался подкинуть ей версию Эрик. – О службе безопасности фон Гуттенов, где когда-то работал?

— Полагаешь, до сих пор ему позволяли хранить эти маленькие секреты? – издевательски поинтересовалась та в ответ. – Не выпотрошив до сухой шкурки прямо в самом начале их… э-э… сотрудничества?

— А ты полагаешь, он даже возражать не стал, когда ему предложили сыграть роль приманки? – не удержался и Эрик.

— Полагаю, – посерьезнела Рита, – ему сказали, что сыром буду исключительно я. А его задача – всего лишь доставить меня до места и наживить.

— То есть ты в этом даже не сомневаешься? Он тебе случаем не покаялся? В том отеле?

— Ну, можно сказать и так, – невесело хмыкнула она. И повторила: – Да, можно считать, именно покаялся. Не будь Витор уверен, что я фактически труп, никогда бы не попытался устроить… что пытался.

— А? – почему-то эта фраза Эрика здорово напрягла. – Попытался что?

— Неважно, – обернувшись, Рита сделала знак официантке, мол, посуду можно убрать. – Но точно не сомневался – едва он выйдет из номера, меня убьют. Теперь я это очень хорошо понимаю.

Пока расторопная и улыбчивая девушка собирала тарелки на поднос, умудряясь одновременно кидать заинтересованные взгляды на Эрика, с разговором пришлось прерваться. Но едва та ушла, взяв заказ еще на два кофе, он спросил:

— А может быть так, что этот труп – не Витор?

— Не может, – отрезали без малейшего сомнения. – Я видела кольцо на руке, когда его мимо проносили. Очень характерное. И царапины.

— Царапины?

— Говорю же, под конец мы… слегка повздорили.

— Ну, выходит, одной гнидой меньше, – Эрик сообразил, что откровенности от нее сейчас не дождется, и решил сильно не давить. Пока.

— Ты его знал? – охотно поддержала смену темы Рита. – Раньше?

— Нет. Но вспомнил. Вернее, понял о ком речь. И это ведь он поливал меня на все корки? Правильно?

— Угадал. Тоже когда-то… повздорили?

— Ну, можно и так сказать. Счет ко мне у него был, факт.

— Расскажешь? – без особого любопытства поинтересовалась она, допивая остаток воды из стакана. А затем быстро оглянулась по сторонам и попыталась вытряхнуть оттуда на язык дольку лимона. Удачно в итоге, и Эрика аж передернуло, когда ту сжевали с явным удовольствием. Но вообще ситуация почему-то показалась жутко забавной – надо же, а мы, выходит, кисленькое любим… Аж до такой степени…

— Расскажу. Но не сейчас, – пожал он плечами, отвлекаясь от веселья и отвечая на вопрос. – Поверь, это не слишком существенно и даже не слишком интересно – просто понимаю теперь, почему от него захотели избавиться. Но ты-то в жертвенные овцы за что угодила?