Книга Угроза крушения, страница 30 – Юлия (Ли) Ода

— Это настолько принципиально?

— Нет. – Качнула она головой, успокаиваясь. – Уже нет. Принципиально другое – почему ты вообще стал смотреть именно туда? И стал бы, не случились рядом того живчика, так удачно тыкающего тростью в нужную сторону?

— Нет, – эхом откликнулся Эрик, сгоняя, наконец, с лица остатки веселья.

— Ну вот тебе и ответ. Правда?

Потребовать подробностей ему помешала подавальщица, на этот раз сгрузившая на стол поднос с их ранним ужином. И пока девушка сноровисто переставляла с него тарелки и перекладывала приборы, Рита успела окончательно увериться в своей версии, вспомнив еще кое-что. В номере отеля, пытаясь разобраться с их хитрой схемой коммуникаций, она здорово удивилась, с чего бы вдруг контур освещения там долили, а контур горячей воды, где это требовалось гораздо больше – нет?

Да потому что с освещением кому-то захотелось поиграться, мигая вывеской и привлекая к ней внимание, а на воду и прочее было глубоко плевать!

— Вижу, что-то поняла? – когда официантка пожелала им приятного аппетита и ушла, Эрик, не скрываясь, принюхался к ароматам, витавшим над столом, но благовоспитанно дождался, пока дама первой возьмет приборы.

— Поняла, да, – неторопливо развернула она салфетку, доставая оттуда вилку с ножом. – Нас в этом отеле свели. Стопроцентно.

— И зачем бы? – судя по всему, новость летуна не сильно поразила – наверняка и сам уже о многом начал догадываться.

— Полагаю, ты должен был сесть за убийство Витора. И мое. – Не выдержав, она передернулась, но взяла себя в руки и добавила. – Или не сесть, а оказаться у кого-то на очень крепкой веревке с очень жестким крючком.

— Или не я, – подумав, кивнул Эрик. – Полагаю, тот фон Гуттен, которому принадлежит лучшая половина флота дирижаблей Германии и Сведии, на их веревке оказался бы гораздо полезней. Особенно если веревка – сын-убийца. И шпион. Без малейшей возможности оправдаться.

И в качестве точки воткнул в лазанью нож и вилку – даже такая новость отбить ему аппетит оказалась не в состоянии.

Что ж, хорошие нервы. Крепкие. Им это сейчас точно пригодится.

* * *

— Тогда смотри, что мы имеем… – начала Рита минут пятнадцать спустя, и вот за эти молчаливые четверть часа Эрик был ей особенно благодарен. Первый раз за день поесть не просто нормально, но и вкусно – это дорогого стоило. А еще дороже – ее неожиданная чуткость.

Из того, что они успели выяснить, уже было понятно: просто так разбежаться теперь не выйдет, в слишком уж серьезное дерьмо их угораздило вляпаться, чтобы взять и наплевать на него. Нет, в принципе, конечно, можно попробовать сделать вид, будто ничего особенно не случилось, но тогда Эрик готов был с гарантией ставить, что из девицы-механика доделают-таки труп, а из него самого веревку на фон Гуттена-старшего. Вопрос лишь в сроках.

Они действительно оказались сейчас в одной лодке, и выгрести сумеют – если вообще сумеют – только вдвоем. И прекрасно, что есть-таки шанс не поубивать друг друга в процессе этой гребли, состязаясь в ядовитости языков.

Впрочем, за себя Эрик уже ручался – не убьет. Больше того, он даже начал получать от происходящего странное удовольствие, хотя в склонности к мазохизму замечен сроду не был. А вот в склонности к красивым девушкам – как раз наоборот. Значит и сейчас дело в девушке, без вариантов, нечего себя обманывать. И что она все-таки способна иногда молчать, не выдавая с языка по колючке в секунду, при таком раскладе чистый подарок судьбы. Факт.