Книга Сера, страница 287 – Калли Харт

Я позволила ему увести себя. Я засунула книгу обратно за нагрудник и попробовала поверить заверениям Лоррета, но это оказалось почти невозможным. В глубине души я чувствовала это. Что-то было очень не так.

В ясный день с меловых скал Инништара можно было увидеть архипелаг, защищавший островное королевство Лиссия. Острова архипелага носили название Барьер. Недавно я прочитала об этом в одной из книг. Там было изображение небольшого городка, построенного на скалах гордыми сатирами, которые называли Инништар своим домом. Сатиры были архитекторами. Инженерами. Математиками. Они любили музыку и искусство и учили своих детей преодолевать страх, предлагая им взобраться по отвесным скалам своего дома и прыгнуть в море.

Нас встретил совсем другой Инништар. Это был Инништар в огне. Инништар, залитый кровью. Жены проливали слезы на мощеных улицах, прижимая к себе мужей. Дети плакали, блуждая среди хаоса и пытаясь найти родителей. Почти все окна оказались разбиты. Под ногами хрустел толстый слой стекла, когда мы шли мимо бесчисленных домов с сорванными с петель дверьми. По крайней мере, дома еще стояли. Они были построены из гранита и известняка, чтобы выдержать суровые условия прибрежного климата, выстоять под ветрами, пропитанными влагой и солью. Двери можно было заменить. Окна тоже. Но жизни, которые были потеряны…

Лоррет и Фоули шли впереди. Они знали, как пройти через дымящиеся руины города, не позволяя ужасу завладеть тобой. Для меня это было впервые. Кэррион двигался рядом со мной с мрачным выражением лица. Хейден проснулся и настоял, что может идти сам, но отключился при виде окружающей действительности. Он был где-то далеко-далеко, притворяясь, что ничего этого не происходит, и на краткий миг я ему позавидовала. Как здорово было бы замкнуться в себе и отгородиться от всего мира, зная, что кто-то другой принимает решения и справляется с последствиями.

Близость океана завладела моими чувствами. Его соленый запах пробивался сквозь дым. Сознание заполнил глухой рокот волн, разбивавшихся о камни у подножия скал. Я знала, что он где-то там, необъятный, за гранью воображения – водный простор, настолько огромный, что поглощает горизонт. Мне очень хотелось приехать и увидеть океан своими глазами, но не при таких обстоятельствах. Не так.

Мы шли по мощеной дорожке до самого края скал, а потом свернули с нее, и Лоррет проложил для нас тропинку среди кустарников и камней. Он шел на запах, это было ясно. Должно быть, запах оказался очень сильным, раз он смог различить его сквозь дым и соль. Я не чувствовала ничего, кроме них.

В конце концов мы подошли к небольшому двухэтажному дому, стоявшему на выступе, нависавшем над обрывом. Стекла в оконных рамах здесь тоже были выбиты. На первом этаже двойные плотные занавески свисали наружу через открытые окна и сердито хлопали на ветру.

— Они внутри, – усталым голосом произнес Лоррет, жестом указывая на входную дверь.

Кэррион и Фоули несли то, что осталось от книг, спасенных нами из Калиша. Больше половины было уничтожено или потеряно в бою. Я постучала во входную дверь, с шипением обнаружив, что костяшки пальцев разбиты и кровоточат. Послышалась какая-то возня, а затем звук чего-то тяжелого, скребущего по полу. Мгновение спустя дверь распахнулась, и перед нами предстала высокая женщина-сатир с кожей цвета теплого красного дерева. На нас смотрели золотистые глаза с серебряными крапинками. Тугие кудри были поспешно стянуты в узел на затылке, из которого выбивались непослушные пряди, мягким ореолом обрамляющие лицо. На ней была черная рубашка без рукавов, демонстрирующая многочисленные татуировки, и свободные черные штаны, туго обхватывающие голени и открывавшие лохматую серо-черную шерсть и раздвоенные черные копыта.