Книга Сера, страница 193 – Калли Харт

— Не-е-е-ет, нет, нет, нет, нет. Пожалуйста! – Лейн внезапно упала на кровать, ее голова подпрыгнула на матрасе. Глаза широко распахнулись. – Не надо! Пожалуйста, не надо. Не надо… не надо… – В ее светло-зеленых глазах что-то промелькнуло – темные очертания надвигающейся фигуры. Она, казалось, росла, приближалась… – Пожалуйста… – Лейн всхлипнула. Ее голос потерял всякую силу. Теперь это был шепот, полный отчаяния и покорности судьбе.

Фишер побледнел, как привидение. В спальне стало холодно, несмотря на огонь, пылавший в другом конце комнаты. Татуировки на груди Кингфишера извивались, рассыпавшись на острые неровные линии.

— Она пришла в себя? – спросил Фишер. – С кем она разговаривает?

Те Лена покачала головой.

— Нет. Да, я… Она не здесь. Я… я чувствую ее разум, словно она бодрствует, но ее сознание как будто за стеной или чем-то в этом роде.

— Ты можешь пробиться через нее?

— Нет. – Глаза Те Лены приобрели странное, пустое выражение. – Она такая толстая. Такая высокая… Ее невозможно сломать.

— Попробуй! Пожалуйста! Просто попробуй!

— О боги, нет. Остановитесь! Пожал… –крик Лейн оборвался на полуслове. Ее спина снова выгнулась дугой, пятки ударили по матрасу, когда девушка опять забилась в конвульсиях.

— Что-то причиняет ей боль! – Фишер отступил от кровати, запустил руки в волосы и сжал их в кулаки. Его глаза встретились с моими, в них были только безнадежность и паника. Кингфишер умел владеть мечом. Мог уничтожать врагов. Он мог открывать темные врата и отправляться на помощь своим друзьям, когда они в нем нуждались. Но здесь не было врага, с которым можно было сойтись. Не было цели, которой он мог достичь.

Он ничем не мог помочь, и понимание этого его убивало.

Мне было не легче. Горло горело так сильно, что казалось обожженным. Я потянулась к странной магии, бурлившей под моей кожей, и нашла только ртуть, шепчущую тихо, спокойно, как медленно текущая река:

— Беги. Беги. Беги. Беги…

Ужас полз по моим костям, как изморозь. Я подошла к Лейн и положила руку ей на макушку. Ее светлые волосы спутались и намокли от пота. Ее дыхание на секунду сбилось, но затем возобновилось быстрыми короткими вдохами и выдохами, дрожь усиливалась.

Я почувствовала то же, что и Те Лена: темная рука нависла над моей подругой, вдавливая ее в топкую грязь ада. И она была там не одна.

Веки Лейн снова распахнулись, зрачки стали размером с булавочную головку. Ее язык неловко выпал изо рта, мокрый от слюны. Зубы окрасились кровью.

— Врата открыты, – донесся ужасный голос из ее рта. – Их нельзя закрыть. Врата открыты. Врата открыты. Врата…

Я отдернула руку, словно Лейн обожгла меня.

Голос оборвался.

Эверлейн вздрогнула, ее глаза закатились, а затем она застыла, напряжение покинуло ее тело.

Воздух в комнате был гнетуще неподвижен, в нем висела тишина, наполненная ужасом.

Никто не пошевелился.

Никто не произнес ни слова.

Фишер отпустил руку сестры. Босиком, на негнущихся ногах, с пустым взглядом он вышел из комнаты.

— Это может быть связано с гнилью? – Лоррет расхаживал туда-сюда, звук его шагов отдавался в моих висках, как второй пульс. Мы все один за другим переместились в обеденный зал, не зная, куда еще пойти. Фишер стоял перед камином, подняв руки высоко над головой и опираясь на каменный портал, мышцы его спины были напряжены. Он не отрывал взгляда от пламени.