Книга Ссылка для двоих: спасти душу демона, страница 29 – Марьяша Ришелье

Я поцеловал её в макушку.

— Нам и тут неплохо.

— Ага, — она зевнула. — Включи громче. Там новости, что ли?

Я потянулся за пультом, сделал звук громче.

— ...срочные новости. В городе объявился маньяк. За последнюю неделю зафиксировано три убийства женщин. Все жертвы — блондинки, молодого возраста. Способ убийства...

Я замер.

— ...разорванная шея. Следов борьбы нет, очевидцы не сообщают о подозрительных личностях. Полиция просит женщин быть осторожными и не выходить на улицу в одиночку...

Кровь в ушах зашумела.

Телевизор продолжал вещать, но я уже не слышал. Смотрел на экран, на фотографии жертв. Блондинки. Молодые. Разорванная шея.

Вампир.

Доми заворочалась, приподнялась на локте.

— О, маньяк, — сказала равнодушно. — У людей вечно проблемы. То одно, то другое. Кость? Ты чего?

Я смотрел на неё.

На её белые волосы. На молодое лицо. На тонкую шею, на которой ещё не зажил до конца след от укуса того вампирёныша.

— Кость, — она нахмурилась. — Ты белый. Что случилось?

— Ничего, — мой голос прозвучал хрипло. — Просто... задумался.

— О маньяке?

— О тебе.

Она улыбнулась.

— Дурак. Я демон. Меня убить сложно.

— Сложно, — согласился я. — Но можно.

— Кость, — она села, посмотрела внимательно. — Ты чего последние дни сам не свой? Скажи мне.

Я молчал.

Не мог сказать. Не мог рассказать про предсказание. Про то, что ведьма нагадала. Про то, что у нас осталось меньше двух недель.

— Всё нормально, — сказал я. — Просто... за тебя переживаю.

— Зря. Я сама за себя постою. И за тебя, если что.

Она чмокнула меня в нос и откинулась на подушки.

— Ладно, спи. Завтра в бар. Зомби придут, мозги проверять. Кстати, надо поставщика тряхнуть, он молчит уже неделю.

Я лёг рядом. Обнял её, прижал к себе.

Телевизор бормотал что-то про погоду. За окном шумел Питер.

А я лежал и слушал её дыхание.

И думал о том, что никому не позволю до неё добраться.

Даже если придётся убивать всех вампиров в этом городе.

Квартира. Раннее утро воскресенья. 4:17.

Я никогда не понимал смертных.

Серьёзно. За свои сотни лет я видел много странного: ритуалы, жертвоприношения, войны, чуму, гладиаторов, инквизицию. Но ничто не сравнится с желанием смертного начать сверлить стену в четыре утра воскресенья.

ДР-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р.

Звук пробивал череп насквозь, ввинчивался прямо в мозг и там радостно пульсировал.

Я открыл глаза.

Рядом Доми дёрнулась, зарылась лицом в подушку, натянула одеяло на голову.

— Кость, — глухо из-под подушки.

— М?

— Убей его.

— Кого?

— Соседа. Который сверлит. Убей медленно. Чтобы мучился.

Я прислушался. Дрель за стеной не просто сверлила — она выводила какую-то мелодию. Ритмично, с чувством, с толком, с расстановкой. Кто-то явно решил повесить полку. В четыре утра. В воскресенье.

— Может, просто поговорить? — предложил я.

— Кость, — она приподняла голову, и даже в темноте я увидел её глаза. Красные, бешеные, полные жажды убийства. — Я из-за тебя вчера не выспалась. Ты сам знаешь, почему. Сделай так, чтобы я хоть сейчас поспала. Или клянусь Бездной, я пойду сама. И ему мало не покажется.

ДР-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р.

— Он полку, что ли, вешает? — простонала Доми. — В четыре утра? Какая, в задницу, полка?!

— Может, у него смена ночная?

— Мне плевать! Пусть вешает полку в своё личное время, а не в моё личное время сна!