Книга Мертвы и негостеприимны, страница 16 – Кристина Тэ

Как ни странно, ночного Алве-мал-Тиге я никогда не боялась. Ладно, боялась первые несколько месяцев, а потом вдруг обнаружила, что в мягком сиянии свечей, в определенный час вспыхивающих разом по всему дому, уродливая расцветка стен кажется уже не такой мрачной. И тишина не так оглушает, и гулкие комнаты словно наполняются чем-то теплым, незримым, но осязаемым, прогоняющим пустоту и из дома, и из моего сердца. Да, порой призраки шалили так, что волосы на затылке вставали дыбом, и из спальни после наступления темноты я старалась не выходить, но со временем ко всему привыкаешь. Разве что с «учгунжским заклинателем» я так и не свыклась, но он изначально меня не пугал, а только раздражал.

Играли в него исключительно по ночам, когда ни у кого нет привилегий в виде предписанных обязанностей и возможности часами удерживать любой из предметов быта. Ночью все прозрачны и равны – кроме Аццо, который, кажется, умер и был пленен вместе с этим треклятым подносом, но сомневаюсь, что и при иных обстоятельствах он бы снизошел до столь плебейского развлечения. Проглоченный кол не дал бы пасть так низко.

Судя по затишью, вскоре нас ждал очередной раунд игры, но я отчего-то не переживала. Даже дергаться и оглядываться перестала, вдруг уверившись, что, пока рядом Рэйнер, меня не тронут. Было странно сознавать, что эту ночь под крышей Арве-мал-Тиге я проведу не одна, а с еще одной живой душой. Впервые за десять лет. Странно, но приятно.

Задумавшись, я не заметила, как мы добрались до кухни. Выпитый чай, похоже, окончательно вернул Рэйнера в привычное агрегатное состояние холодного камня, и я совсем успокоилась. Так и мне проще, и ему полезнее, учитывая, что нужно сделать.

— Кхм… это кухня, – глупо сказала я, и мэйн слегка изогнул бровь, мол, да что вы говорите. – Еда там, – добавила я, указав на огромную дверь с широкой металлической ручкой, которую лично я могла повернуть с трудом и только в состоянии аффекта от невыносимого голода.

За дверью помещение делилось на кладовую и морозильный шкаф, где и хранилось все мало-мальски съедобное в доме.

— С этим я и сам разобрался, – отозвался Рэйнер.

— Полки пополняются… – занудно начала я, но он перебил:

— Да-да, по мере необходимости прямыми порталами из нескольких лавок. Это было прописано в договоре.

Точно, было. И лично я считала данный пункт самым лакомым для возможного покупателя, ибо мой муженек так жаждал прожить долгую и счастливую жизнь подальше отсюда, но при этом убедиться в моем физическом благополучии, что обеспечил бесперебойную поставку продовольствия на сорок лет. За счет казны. Миновало только десять, потому новый владелец Арве-мал-Тиге мог не волноваться о пропитании. По крайней мере, в плане доступности продуктов.

— Ингредиенты я нашел, – продолжил Рэйнер, – но, как и говорил, был вынужден ограничиться сырыми овощами, так как приготовить на кухне ничего невозможно. Печь не топится. Дверцы шкафчиков с посудой бьют по пальцам. И даже костер во дворе не развести – меня тут же присыпа́ло грязью, листвой и демоны знают чем еще.

Да, Джерт не любит огонь. Огонь опасен для его любимых деревьев, цветочков и… тыкв.

Я прикрыла улыбку ладонью, прокашлялась и спросила:

— А едой пахло?

Рэйнер явно хотел ответить что-то резкое, даже рот открыл, но тут же нахмурился и тряхнул головой: