Книга Дракон, мы в отпуске, страница 37 – Андрей Любимов

С дальнего берега отчалил пустой баркас. Человек на корме вел его длинным шестом и напевал что-то, неразличимое из-за скрипа дерева. Конрад прислушался, но угадывать песню не стал. Беата положила локти на теплый каменный парапет. Из окна напротив вытряхнули полосатую скатерть, и на мостки немедленно спустились три птицы, хотя крошек до них явно не долетело.

— У них тоже есть любимое заведение, — сказала она.

— И никаких тяжелых дощечек.

Птицы еще немного походили вдоль воды и разлетелись. Беата дождалась, пока баркас скроется за поворотом, и только тогда сама предложила возвращаться.

Вернувшись, они застали Альму в гостиной с приготовленным счетом. Беата заранее попросила закрыть расчеты до последнего дня, чтобы утром отъезда не искать монеты по карманам.

— До утреннего отъезда все включено, — сказала хозяйка. — Обе оставшиеся ночи, завтрак перед дорогой и экипаж к судну. На пристани вам больше платить не придется, если не накупите еще сундук вещей.

— Сундук не обещаю, — ответила Беата.

Конрад посмотрел на нее с преувеличенной тревогой.

Альма перечислила оплаченные дни, показала запись об экипаже и оставила им счет для проверки. Они перенесли бумаги на стол у террасы. Обратные билеты были куплены заранее; сегодняшние лепешки Конрад записал последней строкой среди небольших расходов. Беата сверила цифры второй раз, уже без поспешности.

— Триста сорок шесть, — сказала она. — Купальни и несколько дополнительных выходов прибавили к первому расчету двадцать шесть.

Он повернул к себе лист.

— Да. Семьдесят мои. Здесь все сходится.

Первоначально они собирались рассчитаться дома, но теперь все цифры были известны, и Конрад предложил закончить здесь. Они сверили, сколько он уже заплатил на месте, включая сегодняшний обед: все это уже входило в семьдесят, а не добавлялось сверху. Конрад отсчитал остаток своей согласованной доли и положил деньги рядом с листком. Беата вписала свои двести семьдесят шесть.

— Моя часть. Просторные комнаты я по-прежнему считаю удачным решением, — сказала она.

— Я тоже. Особенно когда ты ищешь жакет в одной, а я сижу в другой и уже знаю, где он.

Беата не удержалась от улыбки.

— Следующую такую важную находку сообщай сразу.

Он провел ногтем вдоль края счета, выравнивая его с остальными бумагами.

— За партии мне заплатят уже дома. Те девяносто сюда дописывать не будем.

— Конечно. Мы ведь это решили.

Она поставила точку после своей суммы. Конрад убрал кошелек. Никакой оставшейся графы для будущего расчета между ними на листке не было.

Беата отнесла Альме деньги и получила отметку об оплате. Вернувшись, нашла Конрада за разгадыванием утреннего списка.

— Здесь квадрат. Это сундук?

— Не знаю. Я нарисовала и забыла.

— А этот пункт что означает: «синий»?

— Жакет.

— Он на стуле. Можешь считать, что я своевременно сообщил.

Беата зачеркнула пункт, потом квадрат. Они разложили на диване будущий дорожный багаж, убедились, что ничего особенно страшного не приобрели, и убрали обратно: до сборов оставался целый день.

Под вечер на террасе поднялся ветер. Конрад придержал край оплаченного счета чашкой, а Беата забрала бумаги в дорожную сумку. На столе остались только хлеб, груши и маленькая тарелка сыра. Она отрезала ему кусок побольше. Он посмотрел на тарелку, потом на нее, и ничего не сказал. Только подвинул свой стул ближе.