Книга Дракон, мы в отпуске, страница 22 – Андрей Любимов

— Только не складывайте их вместе, пока не скажу. Один еще влажный.

Пожилой господин немедленно посмотрел на свои пальцы.

— Вы угадали нужный, — сказала работница. — Теперь держите отдельно.

Беата взяла синий лоскут двумя пальцами и повернула к свету. Нить была неровной, зато цвет не проваливался в черноту даже в тени. Она знала такие вещи по накладным и рулонам, но этот маленький кусок неожиданно захотелось повязать на запястье, как в молодости перед ярмаркой.

— Из чего делают этот синий?

Работница показала на корзину с листьями и стала объяснять, как долго вымачивают сырье. Рядом кто-то спросил, нельзя ли получить тот же результат быстрее.

— Если вынуть листья раньше, краска будет слабее, — ответила она. — Приходится ждать.

Беата усмехнулась и отложила образец.

Показ закончился не продажей обязательного набора, а приглашением пройти в открытую сушильню. Под потолком шелестели длинные полотнища. Беата стояла между ними, чувствуя себя в странном лесу, где вместо листвы росли будущие скатерти. Ветер прижал к ее руке край желтой ткани. Она освободилась, шагнула вперед и попала под второй край.

— Эта вас выбрала, — заметила женщина у стойки.

— У нее слишком настойчивые приемы торговли.

— Тогда берите синюю. Она висит спокойно.

Беата выбрала не полотнище, а легкий шарф с узкой медовой каймой. Приложила его к плечу, посмотрела в маленькое мутноватое зеркало и попросила завернуть. Шарф нравился ей. Кайма хорошо сочеталась с ее волосами, а синий был тем самым, который не исчезал в тени.

Продавщица потянулась за красивой жесткой коробкой.

— Не надо, — сказала Беата. — Бумаги достаточно. Мне еще гулять.

Коробку она в другое время взяла бы не раздумывая. Теперь просто не хотела нести лишнее.

В саду подавали обед на маленькой площадке возле фонтана. Беата заняла стол у стены, заказала рыбу с печеными овощами и холодный ягодный напиток. Соседний столик был накрыт на четверых. Пустые стулья там никого не тревожили: семья еще ходила по саду, и мальчик время от времени прибегал проверить, не принесли ли еду.

Беата машинально достала из сумки сложенный листок с планом островных дней. На четвертый день у нее были записаны сад, красильня, ужин на нижней террасе. Рядом стояла маленькая галочка, поставленная еще дома. Не Конрадом. Она отметила занятие, прежде чем вообще позвала его ехать.

Две комнаты значились в подтверждении брони еще до его согласия. Одну она хотела оставить под вещи и спокойное чтение: в Вейдене ей надоело раскладывать счета рядом с завтраком, а на отдыхе хотелось иметь разные столы для разных занятий. Потом свободная спальня показалась прекрасной возможностью пригласить Конрада. От просторного жилья ей и сейчас не хотелось отказываться.

Но сад она выбрала сама. Концерт выбрала сама. Даже час завтрака сначала сообщила, а потом спросила, удобно ли ему.

Ей вспомнился второй день на берегу: Конрад сидел на песке рядом с аккуратно поставленными ботинками и совершенно не стремился перейти к следующему месту. Она решила тогда, что ему хорошо рядом с ней. Так и было. Только ему было хорошо еще и потому, что они никуда не спешили.

Рыба оказалась превосходной. Беата ела медленно, оставляя план под стаканом, чтобы не унесло ветром. Она могла оплатить этот стол, гостевой дом, две поездки к аркам. Это не помогало узнать, куда Конрад хотел пойти завтра. Вчера она узнала, сколько у него денег, но по-прежнему не знала, какой день он выбрал бы здесь для себя.