Книга Империя Эйернон. Подари мне счастье, страница 62 – Аля Герм

Его губы не пропускали ни дюйма её кожи — они опускались ниже, к её груди, к животу, к самым сокровенным местам, заставляя её стонать и извиваться под ним, не от боли, а от освобождения. Он был опытным любовником — века жизни давали о себе знать. Каждое прикосновение было точным, выверенным, доводящим до грани безумия. Но за техничным мастерством скрывалась необузданная, дикая страсть, которую он больше не мог и не хотел сдерживать. Он был с ней груб и нежен одновременно, он требовал и отдавал, он покорял и позволял себя покорить. — Ты моя, — рычал он ей в шею, двигаясь внутри неё с первобытной силой, его голос был низким и хриплым от страсти. — Вся моя. Никто и никогда не отнимет тебя. Никто не увидит тебя такой. Никто не услышит, как ты стонешь. Никто не почувствует, как ты трепещешь. Это только моё. Только для меня. Она отвечала ему с той же страстью, царапая ему спину, впиваясь губами в его плечо, полностью отдаваясь ему, доверяя ему всю себя — не как подданная, а как равная. Их тела двигались в унисон, как будто всегда были созданы друг для друга. Магия вокруг них сгустилась, заискрилась — золотые искры её пламени смешивались с серебристыми всполохами его силы, окутывая их сияющим, пульсирующим коконом — не защиты, а заявления: «Мы — одно». Когда пик настиг их, он закричал её имя — не титул, не «леди Даррэн», а именно имя, — и это звучалito как самая священная клятва, как молитва и проклятие одновременно. Они рухнули на простыни, которая тут же подстроилась под них, сплетённые воедино, их сердца бились в унисон, их кожа была влажной от пота — не слабости, а жизни. Он не отпускал её, даже когда дыхание выровнялось. Он прижимал её к себе так крепко, будто боялся, что она исчезнет, рассыплется в прах. — Я не отпущу тебя, — прошептал он в её волосы, его голос снова был мягким и уязвимым. — Никогда. Что бы ни случилось. Ты часть меня. Самая важная часть. Она не ответила словами. Просто прижалась к нему ещё ближе, слушая, как бьётся его сердце — то самое сердце, которое он защищал так долго и которое теперь принадлежало ей. Она чувствовала его шрамы под своими пальцами, и они были для неё не уродливыми отметинами, а знаком силы, знаком того, что он выжил, чтобы найти её. Первые лучи рассвета мягко пробивались через стекло, которое постепенно становилось прозрачным, как будто и оно признавало их право на свет. Его лицо, наконец расслабленное и безмятежное во сне, было обращено к ней — не наследник, не воин, а мужчина, что нашёл покой. Она прикоснулась к шраму на его щеке. Он не проснулся. Он просто потянулся к ней во сне, глубже прижав её к себе, к своему сердцу, и прошептал что-то несвязное, но нежное — имя, молитву, обещание. И в этот миг она поняла, что нашла не просто мужчину. Она нашла свою судьбу. Своё отражение. Своего единственного защитника в мире, где магия и технологии сплелись в смертельном танце. А где-то далеко, за рекой Вель, король Волард Ларише уже отдавал последние приказы. Охота действительно начиналась. Но теперь у неё был он. А она была у него. И это меняло всё. Она не двинулась с места, пока его дыхание не стало ровным и глубоким. Только тогда она осторожно освободилась из его объятий и поднялась с кровати.

Пол под её босыми ногами был тёплым — не от магии, а от скрытых обогревательных узлов, встроенных в древесину. Она подошла к окну и коснулась стекла. Оно тут же отреагировало на её прикосновение, став прозрачным, и перед ней открылся вид на Императорский город — не врага, не угрозу, а дом. За спиной скрипнула кровать. Она не обернулась, но почувствовала, как он подошёл, не касаясь, но присутствуя. — Ты не уйдёшь, — сказал он, и в его голосе не было просьбы — была уверенность. — Нет, — ответила она. — Но я не могу просто лежать здесь, пока они идут за нами. Он молчал. Потом его руки легли ей на плечи — не сзади, а спереди, когда он встал перед ней. Он поднял её подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Ты не одна, — повторил он. — И ты не оружие. Ты — Ниса Даррэн. Моя. Империи. Будущего. Она улыбнулась — не губами, а взглядом. — Тогда перестань говорить и начни действовать. Он кивнул. Подошёл к шкафу и достал два комплекта лёгкой боевой формы — не парадной, а той, что носили разведчики на Границе Туманов. Один — чёрный, для него. Другой — тёмно-алый, для неё. — Мы уходим до того, как они поймут, что мы поняли их игру, — сказал он, протягивая ей форму. — Каньон Сломанного Копья. Там ты сможешь связаться с Сердцем. Там ты поймёшь, где оно. — А Совет? — спросила она, надевая рубашку. Ткань была тонкой, но прочной, пропитанной заклинаниями защиты. — Совет ждёт, что мы будем просить защиты у трона, — ответил он, застёгивая ремень с посохом. — Но мы не просим. Мы действуем. Он подошёл к стене и нажал на невидимый узор в древней фреске. Часть панели отъехала, открывая тайный ход — не в подземелья, а в канализацию магических потоков, по которым можно было покинуть дворец незамеченными. — Ты готова? — спросил он. Она посмотрела на него — не как на наследника, а как на партнёра. — Я родилась для этого. Он взял её за руку. Их пальцы сомкнулись — не в страхе, а в клятве. — Тогда идём. Они вошли в тайный ход. Стена закрылась за ними, оставив позади роскошь, трон, Совет — весь мир, что не верил в них. Но впереди была песчаная ловушка, ключ, правда. И они. Двое против всего мира. Но теперь вооружённые доверием. Охота действительно начиналась. Но теперь охотниками были они. Тайный ход оказался узким и тёмным, но не сырым — воздух здесь был сухим, чистым, пропитанным запахом озона и старого камня. Под ногами — гладкие плиты, выложенные ещё при первом императоре, каждая из которых помнила шаги тайных вестников, беглецов, тех, кто знал: правду несут не по дорогам, а в тени. Дагорн шёл впереди, его рука время от времени касалась стены — не для опоры, а, чтобы чувствовать пульс магических потоков, что питали этот коридор. Он знал каждую ветвь, каждый поворот — не по картам, а по памяти тела, по шрамам, нанесённым здесь в детстве, когда он учился быть не принцем, а тенью. — Скоро поворот на восток, — тихо сказал он, не оборачиваясь. — Там выход в каньон. Но сначала — переход через реку Вель под землёй. Ты готова к холоду? Ниса кивнула, хотя он не видел. Она чувствовала, как под кожей оживает пламя — не в страхе, а в готовности. Оно не дымилось, не вспыхивало — оно жило, как сердце. — Ты думаешь, они уже знают, что мы ушли? — спросила она. — Элдрин — да.