Книга Истинная с доставкой на дом. Цветочница для дракона, страница 22 – Камелия Найт

— Я знаю.

Слова ударили нас обоих.

Именно поэтому всё было хуже. Наш брак не был пустым, я не придумала одиннадцать лет. Кирилл любил меня — и всё равно позволил пяти ярким дням перечеркнуть жизнь, которая стала слишком привычной.

— Сохрани переписку с «Созвучием», — сказала я. — Громова свяжется с тобой официально.

— Арина…

— Разговор окончен.

Он дошёл до двери, но задержался возле стойки с белой сиренью.

— Я правда не знал про цветы.

— Верю.

Кирилл посмотрел на меня, будто ждал продолжения. Его не было.

Когда дверь закрылась, я выключила запись и несколько секунд сидела неподвижно. Потом телефон завибрировал.

На экране появилось сообщение от незнакомого аккаунта.

«Арина, это Ксения Руднева. Кирилл рассказал про вербену. Я думаю, вам нужно услышать и мою сторону. Если вы согласитесь, я хочу встретиться».

Я перечитала сообщение несколько раз.

Женщина, из-за которой закончился мой брак, хотела рассказать свою сторону. Ещё неделю назад я бы удалила письмо и заблокировала её. Ксения жила в той части прошлого, куда я старалась не заглядывать: пять дней, чужая постель, запах, который оказался для моего мужа важнее дома.

Теперь на её имя нашёлся обработанный букет.

Я ответила:

«Сегодня в четыре. Кафе напротив “Белой сирени”».

Потом отправила запись разговора Полине. Даниилу написала только, что встречусь с Ксенией сама. Он позвонил почти сразу.

— Вы уверены?

— Нет. Но я пойду.

— Она может быть связана с агентством.

— Может. Поэтому Громова знает о встрече.

Он помолчал.

— Я буду в офисе неподалёку. Если станет тяжело, позвоните.

Никаких попыток запретить. Никакого «я приеду и решу». Я почувствовала неожиданное тепло и быстро закончила разговор, чтобы он не услышал это в моём голосе.

Ксения пришла раньше.

Я увидела её через окно кафе и на несколько секунд остановилась у входа. Светлые волосы, тонкое лицо, тёмно-синее платье. Красивая. Конечно, я знала это и раньше — фотографии находились слишком легко, даже когда ты клялась себе ничего не искать.

Но на снимках Ксения всегда улыбалась рядом с Кириллом. Сейчас она сидела, обхватив ладонями чашку, и выглядела так, словно тоже не спала несколько ночей.

Я вошла.

Она сразу поднялась.

— Спасибо, что согласились.

— Давайте без благодарностей.

Мы сели друг напротив друга. Между нами стояла маленькая ваза с тремя белыми тюльпанами. Я почти рассмеялась от нелепости, затем подозвала официанта и попросила убрать цветы.

Ксения поняла.

— Я теперь тоже ничего не могу нюхать спокойно.

— Когда вам последний раз доставляли букет?

Она вздрогнула от прямого вопроса, но ответила:

— Восемь дней назад. Потом Кирилл уехал по делам, и новые не приходили. Примерно тогда мне впервые стало легче без него.

— Легче?

— До этого разлука была почти физически невыносимой. Я просыпалась ночью и проверяла, не написал ли он. Отменяла встречи, потому что могла увидеться с Кириллом. Если он задерживался, начинала злиться, хотя понимала, что это глупо. Мне казалось, так и должна ощущаться истинность.

Я слушала описание, слишком похожее на слова Яны и Софии.

— Вы знали, что он женат?

Ксения побледнела.

— Знала, что брак ещё не оформлен как законченный. В «Созвучии» сказали: вы давно живёте как соседи, решение принято, остались документы. Кирилл… Он не говорил этого прямо. Но и не поправил.