Книга Пышка в Академии боевых драконов, страница 60 – Дарина Ромм

— Мир не терпит пустоты… Может, и так, а может и не так… Эх, Эдвард, зачем ты в тот Разлом полез?

И только после этого вспомнил о словах декана про инфанту...

Катя

Мы уже отошли от бастиария, но Себастьян так и держал меня за руку. Так-то я была не против, тем более, ладонь у него оказалась приятная: сухая, твердая, с мозолями. Мужская такая. Главное, хоть и держал крепко, но при этом пальцы мне не сплющивал. Правда, когда я заметила идущих навстречу адепток в голубой форме, то резко выдернула у него свою ладонь.

— Ты чего? — спросил он хмуро.

— Ничего, — я сделала вид, что поправляю жакет. — Жарко... Расстегнуть пуговицу хочу.

Жарко, конечно, не было. Просто не надо, чтобы по академии пошли разговоры, что я хожу за ручку с самим де Вейром. Сплетни дойдут до Мадлены, и моя жизнь станет ещё веселее. Она и так бурлит и пенится, мне только принцевой невесты с факелами не хватает для полного счастья.

Дальше мы шли молча. Себастьян был погружён в свои мысли, я в свои - переваривала события последних суток. Но один вопрос не давал мне покоя, и я всё же решилась прояснить его.

— Де Вейр, — спросила, стараясь говорить небрежно, — а кто такая «инфанта»?

Он повернул голову и внимательно посмотрел на меня.

— Где ты слышала это слово?

Я замялась. Признаться, что стояла под дверью и подслушивала разговор декана? Не лучшая идея.

— Да так... Обрывок разговора случайно услышала и слово показалось интересным, — я пожала плечами, стараясь выглядеть беззаботно. Что это слово означает в нашем мире, я знала, конечно. Но какой смысл оно имеет здесь?

Себастьян помолчал, словно решал, отвечать или нет. Потом усмехнулся.

— Так называют тех, кто носит в себе древнюю кровь, потомков забытых королевских родов. Тех, чья кровь помнит то, что другие забыли.

— Очень информативно, - скривилась я. – Ты тоже инфант? Ты же принц, значит королевской породы?

— Принц, но не инфант – мой род не пропал, не забыт, - ответил Себастьян и посмотрел на меня с таким странным выражением, что я даже запнулась. Осторожнее надо в гляделки играть, гражданин принц!

— Катя, Катя, еще про меня спроси, - зашептал Мусака. – Узнай, почему сютриков называют Хранителями Любви?

— А сютриков почему зовут Хранителями Любви? – повторила я вопрос кота.

— Странно, Верфёльд, сютрик твой, а вопросы про него задаёшь мне, — заметил Себастьян.

— Слушай, я в монастыре жила. Там кроме молитв и поклонов ничему не учат, ни о чем не рассказывают, - ответила я, радуясь, что могу списать на монастырь все пробелы в знаниях об этом мире.

Себастьян недовольно нахмурился, но всё же ответил:

— Сютриков называют Хранителями Любви, потому что они её… создают, как солнце создает свет. И хранят, как камни хранят тепло солнечных лучей. Создавали и хранили… Сейчас сютриков не осталось, всех истребили. По крайне мере в нашем королевстве.

— И что, любви не стало? Совсем-совсем? – поразилась я. – Как вы живете без нее?

— Я не имею понятия, что это такое, и чем жизнь с любовью отличается от жизни без нее, - боевик поморщился. – Знаю только то, что мне бабушка и дед рассказывали. Они были истинной парой, одной из последних в нашем королевстве. Как раз в те времена сютриков начали уничтожать, и, говорят, из-за этого пропала способность драконов чувствовать свою пару.