Книга Магнолия в объятиях тумана, страница 254 – Алёна Морская

Никто вокруг не вздрогнул, студенты словно и не заметили разрушений. Ведьма шумно вдохнула и выдохнула, будто устала от своей игры. Тон её голоса вновь изменился, став вежливым и деловым:

– И заметь, из уважения к тебе твоих людей я не убиваю и даже не калечу. Если на то пошло, в другой раз могу и не устраивать спектакль, а сразу опустить занавес. Как видишь, достать их для меня не проблема, а вот ты не всегда сможешь быть рядом. Или, может, напомнить тебе, что я и от Алкея, магистра уровня трёх резервов, легко избавилась?

— Ты всегда была не в своём уме, но сейчас откровенно бредишь. Ты забыла, с кем разговариваешь и кому угрожаешь? – недоумённо и высокомерно спросила Ли-Льен, складывая руки на груди.

Ей, впрочем, всё ещё не хотелось вступать в открытый конфликт с ведьмой Пустоши, но лишь потому, что тогда от города камня на камне не останется, не говоря уже о жителях.

Лиадан помолчала немного, смотря на сидящих подле неё магов и стоя́щего с оружием на изготовку княжича.

— А ты, я смотрю, искренне веришь, что намного сильнее меня? – с блёклой улыбкой спросила она. Но тут же подняла ладони вверх и подошла ближе, обогнув Бальдра. – Ах, ладно, ладно. Давай договоримся, – предложила черноволосая ведьма, неожиданно отпуская контроль над новоиспечёнными «марионетками» в знак примирения. Они в тот же миг уткнулись подбородками себе в грудь и уснули. Бальдр как подкошенный свалился на деревянный пол. – У меня никогда не было амбиций, мне не нужна власть. Только месть. Не лезь в мою месть, в моё священное право. И я не стану лезть к ним, и даже не буду сводить счёты за срывы моих планов.

Ли-Льен приподняла брови. Раз Серая ведьма явилась именно сейчас, похоже, дело не только в убийстве недоличей.

— Тебе ли не знать, что всякий раз это была самозащита. Или есть ещё какие-то планы, о которых я, по твоему мнению, в курсе? Хочешь мстить – твоё дело. Пока не лезешь к простым людям, я мешать не стану. Но если будешь продолжать губить ни в чём не повинных людей, то не обессудь.

— Ха-ха-ха, – вновь рассмеялась Лиадан, удивлённо и обескураженно глядя на Ли-Льен. – Какая поборница сирых и убогих. С чего же это? Вспомнила детские сказки, в которых добро всегда побеждает зло? Но откуда ты знаешь, где добро, а где зло?

Ведьма Пустоши покачала головой и теперь с сочувствием осмотрела госпожу магистра. Та лишь фыркнула – её подобные сказки раздражали с десяти лет.

— Верно, детка, тебе-то как раз это должно быть хорошо известно. Кто победил – тот и добро. – В голосе ведьмы Пустоши на мгновение проступила горечь, но она быстро вернула лицу надменное выражение. – А люди – лишь песчинки в садах богов, кому какое дело, если несколько унесёт ветер? Как бы не пришлось тебе локти кусать, когда увидишь, чему ты пыталась помешать. Кстати! – Ведьма Пустоши, прежде чем Ли-Льен нашла что ответить, достала из кармана пальто часы на цепочке и кинула взгляд на циферблат. – Самое время кое на что взглянуть.

С этими словами черноволосая женщина с юным лицом вскинула вторую руку вверх, и потолок со стенами, словно того и ждали, начали сыпаться и складываться, будто карточный домик, быстро хороня помещение под обломками. Лиадан легко оттолкнулась от земли и высоко подпрыгнула, прорезая волной грязной силы путь к полуразрушенной крыше.