Книга Сделка с миллиардером: Черный перец и ваниль, страница 37 – Мари Ли

Я пропадала в помещении на Патриарших прудах с раннего утра до позднего вечера. Огромные арочные окна, высокие потолки, историческая кирпичная кладка, которую мы решили бережно восстановить и оставить открытой. Стройка, грохот перфораторов, бесконечный выбор материалов, споры с прорабом из-за оттенка штукатурки, жесткая ругань с поставщиками итальянского оборудования, дегустация сотен сортов зеленого зерна — я жила этим. Я возвращалась в двухуровневый пентхаус без задних ног, пахнущая строительной пылью, краской и ванильным сиропом, но с горящими от азарта глазами.

И Руслан сдержал свое слово. Он больше не переходил установленную мной черту.

Но его незримое, обволакивающее присутствие ощущалось буквально повсюду. Моя личная охрана — невозмутимый, как скала, Марат — следовал за мной тенью, решая любые логистические проблемы одним звонком. А сам Багиров взял за правило заезжать на мой объект почти каждый вечер, по пути из своего офиса.

Эти вечера стали нашим новым, странным ритуалом. Мы не касались друг друга. Мы соблюдали дистанцию, как два дипломата на вражеской территории. Но по выходным, когда мы выходили в свет, это напряжение становилось почти невыносимым.

На благотворительных ужинах и премьерах Руслан, следуя условиям контракта, по-хозяйски обнимал меня за талию. Его руки обжигали. Он шептал мне на ухо глупости для прессы, касаясь губами моих волос. А я послушно, с улыбкой прижималась к его плечу, чувствуя, как от этой вынужденной близости у меня сносит крышу. Но стоило нам сесть в машину и остаться без свидетелей — он мгновенно убирал руки, отстранялся и надевал маску невозмутимого босса, буквально вжимаясь в свой угол салона. Эта физическая пытка сдержанностью сводила с ума нас обоих.

В тот промозглый ноябрьский четверг я сидела прямо на покрытом толстой полиэтиленовой пленкой бетонном полу будущей кофейни, скрестив ноги в потертых джинсах, и отчаянно пыталась свести смету на дизайнерское освещение. Волосы были небрежно заколоты строительным карандашом, на щеке, кажется, красовалось пятно от свежей грунтовки, а перед глазами уже плыли ряды цифр. Рабочие ушли час назад, оставив меня в тишине.

Колокольчик над временной входной дверью мелодично звякнул.

Руслан вошел внутрь, принося с собой порыв морозного воздуха и тот самый, сводящий меня с ума терпкий запах кедра, черного перца и дорогого виски. В своем безупречном, сшитом на заказ темном кашемировом пальто и строгом костюме он смотрелся на фоне голых кирпичных стен, мешков со смесями и строительных лесов абсолютно инородно, словно король, случайно зашедший в трущобы. Но при этом он заполнял собой всё пространство, подчиняя его себе.

В руках он держал два больших бумажных стаканчика и узнаваемую картонную коробку из моей любимой крафтовой пекарни на соседней улице.

— Если ваша финальная смета не сходится, партнер, то это исключительно потому, что вы не ели с самого раннего утра, — безапелляционно заявил он, подходя ко мне и грациозно опускаясь на корточки прямо в своих неприлично дорогих итальянских туфлях, не обращая внимания на строительную пыль.

— Марат теперь докладывает вам не только о моей безопасности, но и о моем рационе? — я прищурилась, откладывая планшет и принимая из его рук обжигающе горячий стаканчик с чаем.