Книга Чайная под солнцем Тосканы, страница 70 – Дейзи Джеймс

Тилли утерла слезы тыльной стороной ладони и медленно вдохнула, пока на нее волнами, одно за другим, накатывались воспоминания о маме и папе, оставляя после себя невыносимую горечь утраты. Однако она знала, что каждая фотография на открытке запечатлела кусочек радости, которую родители чувствовали в путешествиях. Они хотели получить как можно больше от времени, которое им осталось вместе, и были благодарны за эту возможность.

Она собрала открытки, снова перевязала их лентой и едва не положила в шкатулку, но вспомнила сегодняшний разговор с Эдуардо о мечтах и замерла. Мама мечтала опубликовать кулинарную книгу с рецептами из кафе «Флердоранж», и сердце Тилли замерло, когда она поняла, что открытки на самом деле – наброски этой идеи, а маминой мечте уже не суждено сбыться. Ей стало невыносимо грустно.

Размышляя о своей жизни и жизни мамы, Тилли решительнее, чем когда-либо, настроилась пополнить свою коллекцию фотографий для выставки в галерее Джонти в конце августа. Следовать за мечтой никогда не рано и не поздно – какой бы большой или маленькой она ни была, дома или за границей, – как сделала Оливия. При этой мысли Тилли почти перестала жалеть о сказанном Эдуардо, хотя встретить его на вилле до ухода было бы все равно неловко.

Боже, а как ее вмешательство повлияет на отношения Эдуардо и Джесс?

Ей внезапно очень захотелось услышать голос сестры; рассказать ей все, что случилось, получить совет, как исправить ситуацию. Она хотела рассказать в деталях, как прошел конкурс, выяснить, где Оливия хотела бы поставить наградную розетку и табличку, потом признаться, что нашла шкатулку, и, может, впервые за два года поговорить о родителях. На самом деле ей очень хотелось расспросить Оливию об открытках и узнать о них все, что знала она.

Тилли достала телефон из кармана и плюхнулась в объятия дивана. Однако, поняв, что часы показывали едва одиннадцать, а значит, в Бостоне было пять утра, Тилли передумала звонить сестре. Оливия не любила рано вставать, и беспокоить ее во сне было ни к чему, поэтому Тилли решила подождать пару часов. Она ничего не запланировала на день, поэтому решила искупаться в бассейне, затем растянуться на шезлонге и начать читать найденную книгу, а после обеда позвонить Оливии.

Как только она уронила телефон на кофейный столик, тот зазвонил. Увидев, кто звонит, Тилли улыбнулась – все-таки удастся посплетничать!

— Фрея, привет!

— Тилли, слава богу, я дозвонилась.

— Почему? Что случилось?

Фрея всегда сохраняла спокойствие, поэтому паника в ее голосе означала, что произошло что-то серьезное.

— Присядь, пожалуйста.

— Я и так сижу. Что?

— Джош приехал в Блоссомвуд!

У Тилли внутри все перевернулось, когда эти слова обрушились на нее подобно неудержимому поезду.

— Он приехал вчера, прошлым вечером зашел ко мне и спросил, где ты.

— Но он знает, где я. У Оливии.

— Он думал, что ты уже вернешься.

— И не проверил! Как всегда.

— Говорит, что хочет с тобой поговорить, но ты не отвечаешь на звонки.

— Что? Неправда! Это он не отвечает мне. Я оставила ему больше дюжины сообщений на автоответчике, в последнем говорю, что между нами все кончено, и он мне все равно не перезвонил. Где он ночует?

Фрея замолчала. Сердце Тилли забилось о грудную клетку.