Книга Чайная под солнцем Тосканы, страница 16 – Дейзи Джеймс

Она закинула на плечо почтовую сумку – черную, как и весь ее наряд и чемодан – и остановилась в тени красных, белых и зеленых зонтиков «Джелатерии Габриэллы», чтобы осмотреться. Как и та флорентийская площадь, где ей удалось выпить кофе, эта была вымощена булыжником и окружена восхитительными зданиями, в одном из которых располагался шикарный ресторан. Под темно-зеленым тентом сидели посетители, одетые так, будто они собрались провести вечер в опере, а не лениво пообедать.

Тилли машинально потянулась за телефоном и в следующие десять минут сделала миллиард фотографий, так и не включив черно-белый фильтр. Терракотовые черепичные крыши, фасады цвета охры, бутылочно-зеленые оконные рамы и ставни, вспышки красного от цветочных горшков и кашпо, рыжий кот, нежащийся под солнцем на подоконнике, – все цвета смешались, создавая идеальный колорит итальянской горной деревушки, и впервые за долгое время она не решалась лишить мир красок.

Судя по всему, туристы любили Сан-Винченцо: по крайней мере, Тилли замечала повсюду небольшие группы людей: они исследовали улочки, делали селфи, пили кофе в «Ресторане Рокко» или наслаждались домашним джелато Габриэллы. Доносились обрывки речи на разных языках, в воздухе витал аромат свежей фокаччи и дорогих французских духов.

Однако среди всех туристических заведений Тилли так и не увидела чайной Оливии. Она проверила нарисованную карту, которую сестра выслала ей вчера, еще немного побродила по площади – обнаружив там среди прочих заведений ювелирный салон, парикмахерскую и стоматологию – и наконец опознала нужный переулочек между farmacia^[15] и местным агентством недвижимости.

Тилли прошла по улице и вдруг остановилась перед входом в здание из золотистого песчаника. Дверь и ставни были покрашены в милый пастельно-голубой цвет, окна от солнца прикрывал навес того же оттенка с волнистыми краями. Вывеска в резной серебряной раме гласила: «Чай и торты». Внезапно Тилли почувствовала ком в горле из‑за нахлынувших горьких воспоминаний.

Чайная ее сестры точь-в‑точь напоминала мамино кафе «Флердоранж».

Конечно, Оливия покрасила деревянные части фасада в нежно-голубой, а не в розовый, и заменила апельсиновые деревья, стоявшие на страже по обе стороны двери, лавровыми в терракотовых горшках, но в остальном Тилли могла поклясться, что стоит перед корнуолльским кафе. Она постаралась успокоиться. Если так выглядел фасад, то что ее ждет внутри?

Тем не менее Тилли глубоко вдохнула, сглотнула ком в горле и открыла дверь. Ее ожидаемо встретил звон медного колокольчика, гул разговоров и ненавязчивая музыка на фоне. Ей стало грустно, что она не сможет увидеться с сестрой: она очень по ней соскучилась. Тилли присела за свободный столик у окна, надеясь собраться с мыслями, прежде чем отправиться на поиски Джесс.

К удивлению Тилли, как только она опустилась на стул, женщина в ярко-оранжевой бейсболке встала из‑за стола и, мельком взглянув на нее, что-то сказала всем посетителям чайной на непонятном языке – точно не итальянском. Все тотчас допили чай и вышли за ней на улицу. Там женщина открыла ярко-оранжевый зонтик и повела толпу на площадь, как тосканская версия гамельнского крысолова. Чайная опустела, а Тилли проводила взглядом уходящих посетителей, в ужасе думая, что ее прибытие спугнуло всех клиентов.