Онлайн книга «Чайная под солнцем Тосканы»
|
Тилли вновь почувствовала боль в груди при упоминании маминого любимого кафе «Флердоранж» – «цветок апельсина». Мама обожала кафе и любила экспериментировать с рецептами, которые они с отцом-ветеринаром привозили из поездок по всему миру. Оливия говорила о родителях так, будто они все еще были рядом, частью их жизни: просто снова уехали навстречу очередным приключениям или пробовали что-то новое в далеком уголке земли. Тилли же, напротив, предпочитала не думать и даже не говорить о произошедшем – только так она могла продолжать существовать. — Не знаю, Лив. Мне кажется, надо остаться здесь, разобраться со страховкой и… — Мне казалось, ты сказала, до Декстера еще несколько недель никто не достучится? — Да, но… — И что ты будешь делать? — Пока не уверена. Оливия смягчилась: — Зачем сидеть одной, пить кофе, смотреть в стену и ждать, пока Декстер соизволит выйти на контакт, если ты могла бы бродить по Флоренции, Сиене и Лукке, набираться вдохновения и готовиться к следующей выставке? Тебе здесь понравится, Тилли, для фотографов тут настоящий рай. Виды – просто пир для глаз, и ты сама знаешь, что музеи здесь лучшие из лучших. Побалуй себя кусочком итальянской dolce vita[2]. Как тебе такое? — Я просто думаю, что я должна быть здесь на случай, если… — На случай чего? Тилли… Оливия замолчала, и внутри Тилли что-то оборвалось. Они уже не раз спорили по этому поводу, так что она знала, что сестра скажет дальше, и паника подступала к горлу. Тилли также понимала, что, если Лив что-то начала, ее не остановить, так что ей оставалось только приготовиться к неприятной правде – сказанной уже не в первый раз, и всегда с лучшими намерениями. — Мама с папой не хотели бы, чтобы ты так жила, Тиль. Они погибли, исполняя свою мечту, и все то время, что им осталось, они жили на полную катушку и радовались. Они не закрылись бы в каморке под крышей, наедине со своим горем, занимаясь только работой – даже если у тебя хорошо получается фотографировать. По крайней мере, родители умерли, занимаясь любимым делом, и если бы они могли поговорить с тобой, то сказали бы тебе жить на полную, как они. — Я так и живу, Лив. Но произнеся это вслух, Тилли поняла, что обманывает себя. — Приезжай хотя бы на пару дней, пока они не найдут Декстера. Тебе понравится на вилле; Энцо только что доделал бассейн, а еще мы расчищаем старый теннисный корт. Ты же любила играть в теннис, помнишь, как мама… Тилли внутренне взвыла; она не могла дальше вынести этот разговор. — Хорошо, я подумаю. — Обещаешь? — Обещаю. — Fantastica[3]. Ну ладно, я побежала, Джесс нужна помощь на кухне; к нам сейчас приедет автобус туристов на аутентичный английский файв-о-клок. Будут сэндвичи с ветчиной, сыром, свежими и домашними солеными огурцами, свежие сконы[4] с топлеными сливками и клубничным джемом, а также тортики и тарты, и все это заливается морем «Эрл Грея». Люблю тебя, Тиль, не переживай, все образуется. Я тебе перезвоню. Тилли со вздохом уронила телефон на журнальный столик и отправилась на кухню, приготовить себе еще кофе – на этот раз сорт колумбийский – и тост с маслом, ее обычный рацион. Затем она снова села на диван. Как она могла отказать Оливии? Как она могла стать единственным препятствием на пути к заслуженному за два года отпуску? |