Книга Лишние килограммы. Все ради тебя, страница 18 – Рин Скай

Я снова принимаюсь чистить зубы, на этот раз нажимаю на щетку так сильно, что десны начинают болеть. Но зубы белее не становятся.

Выплевываю пасту и тяжело вздыхаю.

Что тут поделать? Конечно, я мечтаю о белоснежных ровных винирах.

Но виниры — это больно и дорого. К тому же ради них придется спиливать здоровые зубы. Не стану же я портить свои зубы ради искусственных?

И вдруг меня снова ошеломляет мысль.

Или…

Или стану?

Ради нее. Ради Каролины.

Эта мысль потрясает меня настолько, что я несколько секунд стою, замерев над раковиной. Вода продолжает течь, а я смотрю на свое отражение и представляю идеальную улыбку.

Потом спохватываюсь, закрываю кран и возвращаюсь в комнату. Надеваю новый костюм, повязываю галстук и долго пытаюсь уложить волосы. Все на мне давит и натирает. Воротник душит, пиджак стесняет плечи, а новые туфли уже успели натереть костяшки. Но я стойко решаю провести весь день в этом образе. Личный помощник генерального директора не может ходить в растянутой футболке.

Я еще раз осматриваю себя в зеркале.

— Солидно, — шепчу я.

Уже у дверей дверей мама несется ко мне с контейнерами наперевес.

— Ох, Гриша, сынок, ну куда же ты идешь⁈ Сидел бы дома…

— Мам, я на работу иду.

— Я не об этом. Ты же голодный останешься.

— Я съел десять яиц.

— Это завтрак. А обедать чем будешь?

— В столовой.

— В какой еще столовой? Вот, возьми контейнеры. Тут голубчики, свекольный салат, компот и ягодный пирог. Поешь там нормально, а то эта стерва…

— Все, мам, я пошел!

Я забираю контейнеры, складываю их в рюкзак и торопливо выбегаю из квартиры, пока мама не принесла еще и кастрюлю супа.

На работу я прихожу ровно к восьми. В приемной горит свет, а из-под двери кабинета Каролины Эдуардовны пробивается тонкая светлая полоска. Значит, она уже у себя.

Я быстро убираю контейнеры в холодильник. Голубчики пахнут так сильно, что мне становится не по себе. Вдруг запах распространится по всей приемной? Вдруг Каролина Эдуардовна выйдет и поймет, что ее новый личный помощник принес целый рюкзак еды?

Я только успеваю закрыть холодильник, как раздается сигнал селектора. От неожиданности вздрагиваю и едва не роняю компот.

Нажимаю кнопку.

— Алло.

— Григорий Сергеевич? — раздается ее холодный стальной голос.

— Д… да. Доброе утро, Каролина Эдуардовна.

Я почему-то начинаю заикаться. Перед тем как войти в здание, я несколько раз репетировал приветствие и произносил его совершенно нормально.

— Зайдите.

— Сейчас.

Я тут же бросаю рюкзак на стул и снимаю пиджак. Потом понимаю, что пиджак является частью образа и снимать его нельзя. В нем я выгляжу солиднее. К тому же кондиционеры поддерживают в офисе холодный воздух.

Быстро надеваю пиджак обратно, одергиваю его и почти бегу к кабинету. У двери останавливаюсь, пытаюсь восстановить дыхание и осторожно стучу.

— Войдите.

Я открываю дверь и захожу.

Каролина Эдуардовна сидит за своим столом как королева. Сегодня на ней белая блузка, а волосы зачесаны в гладкий низкий хвост. Такая прическа тоже ей безумно идет. Впрочем, ей идет все.

— З… здравствуйте.

Она коротко кивает.

— Доброе утро, Григорий Сергеевич. Закройте дверь.

Я закрываю дверь и остаюсь стоять около нее.

— Подойдите ближе. У нас много работы.

— Да, конечно.

Я подхожу к столу. Каролина Эдуардовна смотрит на экран монитора и начинает выдавать поручения одно за другим: