Книга Разреши любить. Позволь мне быть рядом, страница 140 – Анна Джейн

Мама вскрикнула от новой вспышки боли, но Стас не обращал на это внимания. Он был слишком занят демонстрацией власти.

— Захочу — положу тебя под себя. Захочу — отдам тем, кому твои услуги будут полезнее. Понимаешь, о чем я говорю? Будешь работать на меня. Ты умная, красивая — такие, как ты, нужны мне. А твоя мамочка? Она тоже будет полезна. Век будете мне служить.

Он говорил не просто с презрением, а буквально захлебывался собственным ядом. Комок подступил к горлу. Я сглотнула, борясь с рвущимся наружу криком. Хотела броситься на него, но вместо этого произнесла:

— Где Вальзер? Что ты с ним сделал?

— Что, испугалась? — с мерзким гоготом начал Стас, явно наслаждаясь ролью хищника. — Теперь у тебя нет всесильного папочки, чтобы защитить. Он нависал надо мной, как тень. — Теперь он корм для рыб. А я твой единственный властелин. Будешь делать все, что скажу.

Сердце застучало в висках, громко, словно барабан. Он убил Вальзера. Или… пытался? В новостях говорили, что тело не нашли. Может, именно поэтому Стас был таким злым, излучал эту показную уверенность. За маской агрессии скрывался страх. А как он мог узнать, куда Вальзер спрятал нас? Ведь наша поездка была засекречена.

Я снова попыталась вырвать руку из хватки Марка. Он отпустил, и на запястье остались красные следы от его пальцев. Но я не чувствовала боли. Никакой. Ни физической, ни душевной. Не было ни страха, ни отчаяния. Зарождалась холодная решимость.

Мой взгляд метнулся к маме. Она сидела, притихшая, с побледневшим лицом, но ее глаза тоже горели. Я видела в них боль и силу одновременно. Ее мучили, ломали, превращали в тень, но она осталась моей мамой. Красивой, сильной, терпеливой, любящей.

Ради нее я обещала себе бороться. Не позволю этому дню стать нашим концом. Мы будем сражаться, пока дышим.

— Че-го. Ты. Хо-чешь? — холодно и по слогам произнесла я, ощущая, как ярость зреет в моих словах.

Стас лениво потер подбородок, вальяжно уселся обратно в кресло. Махнул рукой, предлагая и мне присесть. Но я осталась стоять.

Он вдруг сменил тон, притворяясь ласковым, будто перед ним его любимая игрушка, которую он собирался сломать.

— Отдых пошел тебе на пользу, детка. — Его голос наполнился лестью, от которой становилось противно. — Теперь можешь поработать на своего нового папочку. Обещаю, если будешь хорошей девочкой, то и я буду ласков с тобой. Нужно достать документы по готовящейся сделке у Игната Елецкого. Есть заказчик, готов заплатить тебе крупную сумму, если поможешь ему расквитаться с этим кланом навсегда. Нам даже на руку, что Игнатик запал на тебя. Так изобрази себя его невестой. Пусть повторит путь своего папаши. Вот будет весело? — Стас громко расхохотался, даже хрюкнул от переизбытка веселья.

Он был безумен. Абсолютно. Если бы в нем осталась хоть крупица рассудка, он бы не решился предложить мне подобное. Он хотел использовать меня так же, как маму, но… Ошибиться можно только один раз. Второй — это уже выбор. Я не была игрушкой. Не для него. И никогда больше не позволю ему решать, как мне жить. Я подняла голову, вдохнув полной грудью. Решимость окончательно вытеснила страх.

— Хорошо ты придумал, — мой голос прозвучал тихо, но твердо, словно удар кинжала. — Никогда, слышишь, никогда этого не будет. Можешь убить меня прямо здесь и сейчас. Иначе я сама убью тебя, как только выдастся такая возможность.