Книга Разреши любить. Позволь мне быть рядом, страница 105 – Анна Джейн

— Что ты знаешь о договоре между Игнатом и Вальзером?

Алекса напряглась и нерешительно села в кресло, бросив взгляд сначала в пол, потом на отца.

— Условия сделки обсуждались без меня. Никаких подробностей я не слышала, — ответила она тихо, сдержанно, словно боялась, что голос ее подведет.

— Это все? — отец чуть приподнял бровь. — Не густо. Не похоже на тебя.

Он говорил ровно, но за его спокойствием чувствовался холод, а может даже разочарование. Алекса сжала пальцы в кулаки. Не хотелось огорчать отца, но сказать ей было нечего. Врать родителям она не могла. Да и смысла не было. Молчание длилось слишком долго. Алексе становилось все более некомфортно в обществе родителей.

— Что ты знаешь о дочери Вальзера? — Голос матери прозвучал спокойно, но требовательно, и Алекса мгновенно насторожилась. Инга Гордеева села в кресло рядом с мужем, подставив тонкую ладонь под острый подбородок и опираясь рукой о подлокотник. Ее глаза смотрели прямо в душу — цепко, хищно. — Ты должна была с ней сблизиться, разузнать о Вальзере и его договоренностях с младшим Елецким, — сказала она тихо, но тон не допускал никаких возражений. — Ты должна была быть нашими глазами и ушами там, где нам их не хватает. И что же?

Алекса сжала пальцы, впиваясь ногтями в ладони до боли.

— Дочь Вальзера — настоящая хамка, никаких манер. Общается со всеми без капли уважения. Оказалось, что Игнат спас ей жизнь, а она говорила с ним так, будто делала ему одолжение, будто это не он ее спас, а она ему позволила. Еще и предложила заплатить за его услуги.

— Спас? От кого? Предложила деньги? — перебила мать, точно вычленяя главное. — Сколько?

— Этого они не обсуждали. Игнат ответил, что спас ее не за вознаграждение.

Инга усмехнулась — холодно, будто услышала плохой анекдот. Она не верила в чужую добродетель.

— И мы узнаем это только сейчас? Что ты за невеста, если ничего не знаешь про своего жениха? Он спасает чужих девиц, а ты не в курсе происходящего? — Инга усмехнулась и переглянулась с мужем.

Алекса прикусила губу. Она хотела рассказать про странное ощущение, которое не отпускало после встречи с Владой в доме Вальзера. Но мать ее оборвала.

— Тебя просили собрать информацию о Вальзере и Елецком. Какое мне дело до характера какой-то там безродной девчонки и твоего отношения к ней. — Инга откинулась в кресле, скрестив руки.

— Но, мама, ведь ты сказала, что я должна найти к ней подход… — почти шепотом проговорила Алекса, опуская глаза. Почему с ней всегда было так — одно слово матери, и все внутри будто сжималось?

— Судя по твоему рассказу, ты и этого не смогла, — бросила Инга с легким презрением.

В комнате повисла тишина. И от этого хотелось провалиться сквозь землю.

— Она ни с кем не дружит. Скрытая и замкнутая…

— И не так глупа, по всей вероятности. — Мать не собиралась слушать оправдания Алексы, всем видом показывая, что дочь в очередной раз не оправдала ожиданий.

«Не так, как кто?» — хотела уточнить Алекса, но ответ был очевидным.

— Ты вообще в курсе, что твой жених разорвал помолвку? — Голос отца разрезал тишину, как скальпель. — Юристы Елецкого с нами связались на днях. Как ты это объяснишь?

Алекса вздрогнула. Она все еще цеплялась за тонкую, почти прозрачную надежду, что Игнат передумает. Она также рассчитывала, что случившееся хотя бы на время удастся скрыть от родителей. Алекса молчала, ей страшно было поднять глаза. Особенно — на мать.