Книга Против ветра, страница 67 – Анна Джейн

Он все завалил, идиот.

— Что это у нас тут такое? – повертел в руках ключ Баталов. – Что ты хранишь в банке, а, Никки?

— Яйцо с иглой внутри. На которой чья-то смерть, – дерзко сказал Кларский и получил ощутимый удар по почкам.

Никита отстраненно подумал, почему никто из жильцов этого гребаного дома так и не появился в подъезде.

— Пасть захлопни, весельчак. Иначе тебя этот банковский ключ сожрать заставят, – велели ему.

Один из братьев Баталовых вспомнил, как однажды очень похоже «пошутил» Март. Он тоже упомянул яйцо с иглой внутри, на конце которой находилась Кощеева смерть. Шутка показалась Марту забавной и символично-метафоричной – он как раз держал шприц с опасно поблескивающей иглой и собирался вколоть сильнейший наркотик одному связанному человеку, который не желал делиться важной информацией.

Хотя Андрей и был мертв, он до сих пор внушал своему бывшему окружению толику ужаса. Даже таким, как братья Баталовы.

В это время Настя слабо застонала – пришла в себя. Чуть приоткрыв глаза, Настя окинула троих мужчин мутным взором. Она узнала Никиту и неотрывно смотрела на него несколько секунд, силясь что-то сказать – кажется, даже позвала его по имени слабым дрожащим голосом и вновь потеряла сознание.

— Вызывайте скорую, – проговорил Кларский, стараясь скрыть нервозность.

Один из ножей – небольшой керамбит, спрятанный в широком браслете на руке, – Баталовы при спешном обыске не нашли. Можно воспользоваться им в машине, когда его повезут к Максу. Для Ника это был последний шанс вырваться на свободу.

— Ага, сейчас, – весело откликнулся тот, кто пообещал ее вызвать, и приставил пистолет к виску парня. – Давай, малыш, поворачивайся и спускайся вниз. Макс тебя очень ждет.

— Скорую, – прорычал Кларский, глядя на Настю.

Необузданное животное, что в нем просыпалось, рвалось наружу.

— Кто-нибудь твою девку найдет и вызовет. Может, к тому времени она и не загнется, – отмахнулся бандит. – Шевели копытами, Никки. Тебя очень ждут. Иди, или я отправлю тебя к братику прямо сейчас. Давай-давай, поторапливайся, гаденыш, пока не появились свидетели.

Из горла Никиты вырвался лишь рык. Он был на пределе. До этого он не хотел убивать – не хотел переступать последнюю черту, а теперь с садистским удовольствием прикончил бы обоих Баталовых и Макса, и еще целую кучу народа.

Тут открылась дверь квартиры на третьем этаже, и навстречу бандитам и Нику спустился высокий жилистый пожилой мужчина в тельняшке и с дробовиком в руках.

— Ну-ка, бросаем стволы, ребята, – дружелюбно велел он, направив заряженное оружие на того из братьев, кто держал пистолет у виска Кларского.

— Дед, ты чего? – изумились они, не ожидая такой подставы.

— Бросайте, говорю, – насупился пожилой мужчина. – А полицию я уже вызвал. И скорую, – добавил он, глядя на Никиту.

Этого человека, когда-то служившего в органах правопорядка и жившего с Настей по соседству, привлек неясный шум в подъезде. Глянув в глазок, бывший сотрудник комитета госбезопасности увидел творящееся на лестнице безобразие, скоренько вызвал полицию и бесстрашно вышел на площадку с дробовиком в руках. Вообще-то, выходить он не планировал, но когда понял, что парня собираются увести, все же решился.

— Дед, давай проваливай к себе в фатеру, – рассердился один из братьев Баталовых. – И сиди тихо. Или пожалеешь.