Книга Развод. Ведьмы не стареют, страница 39 – Элен Блио

Вспоминаю его бесстрастное, холёное лицо. Его жестокие слова.

Я собралась уничтожить его жизнь, но пока у меня не особенно получается.

Вернее, получается уничтожить свою.

Он на коне, у него всё прекрасно.

Иван вчера после разговора со мной спокойно взял и поехал к любовнице.

А я..

Демид. Я встречалась с Демидом Ростовским.

С человеком, который ненавидит моего мужа, единственным человеком, который способен реально испортить Ивану жизнь.

И что сделала я?

Напилась текилы?

Мне нужно возвращаться домой и хорошо подумать о будущем.

Выхожу из ванной и застываю.

В спальне светло и это абсолютно точно не моя спальня. И не гостиница.

Постель пуста. Но прямо передо мной стоит мужчина и протягивает мне стакан.

— Выпей, поможет.

Демид.

В боксёрах и шелковом халате.

Пижон. Халат мог бы и получше запахнуть.

Какой у него пресс. Ого.

И ноги. Такие мощные квадры. Боже…

Ему же... он же не молодой мальчик уже, а какое тело.

Зачем я смотрю? Зачем я об этом думаю?

— Выпей, говорю.

— Что это? — говорю, и закашливаюсь, сама не узнавая свой сипящий голос.

— Лучшее средство от похмелья. Пей, говорю.

Он делает шаг ко мне, а я непроизвольно шагаю назад.

— Ты что, боишься меня?

— Нет я... - я не знаю, на самом деле. Всё зависит от того... Чёрт, почему мы тут вместе? Почему мы спали вместе? Что это было?

— Давай, Ян, выпей, тебе будет легче.

-Я не... не хочу...

Пей. Не бойся, не отравлю.

Я не боюсь.

Или боюсь?

Жидкость в стакане манит, понимаю, что так дико хочу пить, всё пересохло внутри.

Как говорят — сушняк? Именно он.

Господи.

Беру стакан, замечая, как дрожит рука.

Пригубливаю.

Жидкость прохладная, кисло-сладкий вкус. Похоже на обычный аспирин.

— Пей давай, до дна, за своё здоровье и успех нашей операции.

Он усмехается, я смотрю на него, ощущая, как раскалывается голова, словно его усмешка топором разрубает череп.

Жесть.

Пью.

Плохо. Желудок сворачивается в трубочку, но я пью. А потом испытываю непреодолимое желание лечь.

Делаю шаг, буквально втыкаясь в тело Ростовского.

Он забирает стакан.

— Молодец, умница, ложись, полежи, сейчас станет легче.

`Утыкаюсь лицом в подушку, мне дико стыдно.

Что я натворила? Почему я тут с ним.

— Подвинься немного.

Что? Он что хочет...

Не хочет. Делает.

Этот мужлан сдвигает меня, устраиваясь рядом.

— Ты... вы... что вы…

— Ладно тебе, Ян? Что такого-то? Я тоже не выспался. Правда, в отличие от тебя похмельем не страдаю.

— Я... не надо.

Стараюсь отодвинуться, думая, что нужно просто встать с кровати и уйти.

Куда уйти? В футболке?

Где мои вещи? Где моя сумка? Где в конце концов я?

— Тихо, успокойся. Поспи еще немного, сейчас станет легче.

Он говорит, и я чувствую, как рука Демида обвивает мою талию, прижимая меня к его груди.

Что происходит?

— Пустите, я…

— Т-ш-ш... всё, расслабься. Просто расслабься.

Расслабиться? Когда происходит вот это всё? Когда рядом чужой мужик с таким.

Ого... там не только пресс и квадры.

Мамочки.

Что я творю? У меня жизнь вся идёт по одному месту, а я..

Что случилось этой ночью? Что между нами было?

Почему мы лежим в одной кровати?

И... и что я буду делать, если об этом узнает Иван?

Кажется, весь мой план насмарку.

Я всё испортила.

— Тише, говорю же, Яна, всё под контролем, не переживай.

— Я... Янина.

— Я помню.

— Я... мне нужно домой.