Книга Развод. Я календарь переверну, страница 51 – Элен Блио

— Да мне плевать на Шри-Ланку и на русских бизнесменов! Вы же меня с голой жопой оставите!

— Именно.

— Что?

— Простите, но для меня желание клиента — закон. Особенно такого клиента как Аделаида.

— Что? — интересно, насколько еще возможно вылезти его глазам из орбит?

— Желание Аделаиды, свет, Александровны, оставить тебя, Макар, с голой жопой.

Усмехаюсь, нависаю над столом упираясь кулаками в гладкую поверхность их морёного дуба, и смотрю этому клиническому «идиёту» прямо в глаза.

Выражение его лица меняется быстро. От полного непонимания и неверия к клокочущей ярости.

— Как же так, Герман, ты... я же просил тебя о помощи? Просил заняться моим делом. Моим, не её! Представлять мои интересы! Так какого же хрена ты переметнулся, а? Какого.

— Бизнес, Макар, бизнес, ничего личного. Хотя и личное тоже есть.

— Личное? Ты... гандон! И ты тоже! Ходите вокруг неё как кобели вокруг сучки течной, нюхаете там, где не надо...

— Я бы на твоём месте поостерегся так выражаться!

— А вот хрен! — видимо Игнатов слишком любит этот не экзотический жгучий корень, что ж... - Хрен вам всем! Я до последнего буду биться! Я ей вообще развода не дам! Не получите! Думаешь, я не знаю, чего вы все кружите? Думаешь, поверю, что. вам Дуська моя нужна? Вам бабло моё нужно! Бабло, которое ты своими липовыми махинациями пытаешься стрясти.

Какие бурные фантазии у Макара — любо дорого послушать. Смешно даже. Но мы не на стендапе, чтобы выдавать шутки и ржать над ними до икоты.

— Много себе позволяешь, Игнатов. То, что я сейчас предлагаю — лучший вариант для тебя. Если я начну копать глубже — а я начну, если ты не прекратишь свои потуги в сторону Аделаиды — твоя голая жопа будет не просто голой, я тебя до мяса обдеру. Думаешь, закопал бабки в оффшоры, и они там спокойно лежат? Думаешь, на подставные фирмы и лиц набрал активов и всё шито-крыто?

— Ты... блядь, Крестовский, ты что о себе возомнил?

— Я? Я работаю. Моя деловая репутация, Макар Владленович стоит охренеть как дорого, раз уж вы так любите слово хрен. И если я берусь за дело, я делаю это красиво.

— Красиво?

— Обдеру как липку. Оставлю ни с чем. По миру пущу. Или давай подписывай всё сегодня, и мы идём в суд на этих условиях или завтра жди аудит, и маски-шоу. Будет красиво.

— ТЫ...

— Я? Нет, Макар. Это всё Аделаида. Это она умничка, не сидела на своей ореховой попочке ровно, а работала. Так что, с меня взятки гладки. Иди, договаривайся с будущей бывшей женой.

— Она пока еще не бывшая!

— Именно, ключевые слова тут «пока» и «еще», почему-то, знаешь ли, попахивает звездежом. И страхом.

— Что?

— То. Всё ты Макар уже просрал, и прекрасно понимаешь это. И пытаешься трепыхаться, но, по сути, ты уже давно Аде никто и звать тебя никак. И миндальничает она с тобой только потому, что у вас дети.

— А ты так хорошо её знаешь, да?

— Не так хорошо, как хотелось бы. Пока. Но, думается мне, что это вопрос времени.

— Да, неужели?

Киваю, ухмыляясь.

Сколько сейчас пунктов правил деловой этики адвоката я нарушил? Да и по хрену.

Чёрт, привязался этот хрен от Игнатова, теперь будет везде расти пышным цветом.

— Не ожидал я от тебя такого, конечно, Герман, не ожидал. Ты любую бабу можешь, а? Найди себе молодую соску и трахай, зачем тебе Ада? Ты же вроде мужик не бедный? Неужели так нужно то бабло, которое ты надеешься для неё у меня отсудить, а?