Книга Сыграй со мной в любовь, страница 156 – Элен Блио

— Дай телефон.

— Надо будет – сам найдешь.

— Я найду. Но… Пожалуйста.

— Надо же, - он ехидно ухмыляется, - миллионеры волшебные слова знают?

— Знают. Пожалуйста, дай мне её телефон. Я… я знаю, тебе деньги были нужны, я готов помочь.

— Если бы я твоей помощи ждал, моя Дашка уже бы на тот свет отправилась, со сломанным позвоночником. А знаешь, кто помог? Лика! Ей самой помощь была нужна после того как ты… - он ругается про себя, сплевывает, - А она нам помогала. Нашла фонд благотворительный. И денег тоже перевела, приличную сумму. Только тебе не понять да? Ты же считаешь, что она… как это… охотница за баблом?

— Кирилл, ты меня можешь ругать, обзывать, унижать. Поверь – бессмысленно. Просто дай её номер. Скоро Новый год. Моя Полина хочет с ней поговорить.

— Полина хочет! А Лика? Она хочет? О ней ты подумал? Или только о себе? Хватит уже лезть в её жизнь, ломать! Достаточно уже. И так… И так уже ты постарался.

— Кирилл, я прошу. Я просто хочу поздравить её с Новым годом, прощения попросить.

— Прощения? Такое прощают вообще?

Не прощают, наверное, но…Не знаю, что еще ему сказать, как объяснить…

— Слушай, я понимаю, что не прощают. Знаю, что она замужем, что ждет ребенка, но…

Кирилл как-то странно ухмыляется.

— Замужем, говоришь? Ребенка ждет? Ну-ну… Тем более пошлет она тебя, далеко пошлёт. И правильно сделает.

Я и сам понимаю, что правильно. И все-таки…

Кирилл садится на байк и уезжает, а потом мне прилетает сообщение, в котором просто номер телефона. Её номер.

А у меня надежда - если нет никакого мужа? Если это мой ребенок? Мой малыш?

Сейчас, сидя в приемной клиники я уверен – мой.

Мой малыш, который должен жить!

И мне срочно нужна помощь. Знаю, что тут в Питере у нашего Женьки есть хорошие связи, на уровне городского правительства. Набираю его номер.

Понимаю, что то, что хочу сделать – неправильно, но выхода нет.

— Да, Лариска, вот таких надо мужиков выбирать! Чтобы носился с тобой, как с писаной торбой.

— Где ж их, таких взять, Галина Николаевна? Если б знать.

— Ну, она же где-то взяла?

Слышу разговор как сквозь толстый слой ваты. Как будто я сплю в своей комнатке, в доме родителей, а Тамара Васильевна за стеной телевизор смотрит.

Говорят женщины. Голоса не знакомые. О ком говорят я тоже пока не понимаю.

— Она! Она же из этих, из шоу бизнеса, пианистка. Ясно, что на таких богатые красавчики клюют, а я что?

Пианистка? Пианистка это вроде бы я. Но разве это про меня?

— А ты будущий врач, тоже не хухры-мухры! Главное же, как себя поставить. Вот когда ты даешь мужику всю себя, на блюде, когда он сразу понимает, что ты от него никуда не денешься, тогда он и начинает кочевряжится, строит из себя султана Сулеймана. Тут надо хитрее. Не ты за ним, а он за тобой! И будет вот так вокруг на «цырлах» скакать.

Это точно не про меня. Вернее… Я как раз всю себя, на блюде. А он… Наверное надо было как-то по-другому. Спросить бы у той, у которой голос пожестче, как будто она постарше, что именно делать, чтобы скакали?

— Да уж, как он за неё волновался, как переживал. Всех на уши поставил. А сам сидит весь белый… Я ему – может вам водички, а он так посмотрел!

— Красивый мужик, ничего не скажу. Красивый. И щедрый. Он мне кажется, уже всему отделению годовую премию выдал, лишь бы с его женой всё было в порядке, и с малышом.