Книга Цена предательства, страница 90 – Элен Блио

— Тебе надо отдохнуть, маленькая. Отдыхай. Набирайся сил. Тут оплачено проживание и питание, но если вдруг что-то понадобится, то вот…

Роман протянул карту, я почувствовала, как огненная лава приливает к щекам.

— Спасибо, у меня есть деньги. Есть карта, моя личная, Кирилл… - я впервые произнесла имя мужа при Романе после всего, что случилось, - Кирилл не имеет к ней отношения, и деньги там есть.

— Всё равно, возьми, пожалуйста.

И я взяла.

И вот уже пять дней мы с Костиком наслаждаемся отдыхом.

Я отдыхаю. Я стараюсь.

Кирилл пытается связаться со мной. Звонит его мать, для которой наш развод стал большой новостью. Говорит со мной осторожно, старается понять, можно ли уговорить меня не быть категоричной.

Категоричной? Интересное слово.

И разговор о том, что у мужчин есть слабости, меня не радует.

Я не хочу говорить с Кириллом, не хочу его видеть. Но его мать заявляет, что я не имею права прятать ребёнка. Это становится триггером.

— Я не имею права? Интересно. Хорошо, я встречусь с Кириллом. Расскажу про свои права и про его права. И про его детей тоже.

Сбрасываю звонок и пишу Кириллу сообщение.

Я не могу говорить об этом по телефону. Просто не могу.

Меня трясёт.

Кирилл приезжает через несколько часов. Пятница, из Москвы в область пробки несмотря на то, что дачный сезон еще не наступил.

Он подъезжает прямо к коттеджу, выходит. Странно, что он без цветов. Без подарка Костику. Почему-то я думаю об этом.

А когда бывший для меня уже муж заходит, я почти сразу понимаю, почему он приехал с пустыми руками, и почему у него такое белое лицо.

— Ника… ты…Ты правда потеряла ребёнка? Ты… была беременна? У нас с тобой… Господи…

Молчу. Я не знаю, кто ему рассказал, и мне всё равно. Не могу говорить.

— Ника, не молчи, пожалуйста, я… Я просто… Я…

Он замолкает, но я чувствую его состояние, даже на расстоянии чувствую. Это меня словно возвращает назад, в то самое обманчиво счастливое время.

Он же всё такой же, ничуть не изменился. Такой как был… родной. Которого я знала до черточки, до последней родинки, все его причуды, всё, что он любил и что не любил. И это казалось таким незыблемо вечным.

Мой муж. Мой единственный мужчина. Мой человек.

Я была уверена, что всё это навсегда.

— Ника…

Кирилл подходит вплотную, становится передо мной на колени, я отшатываюсь, но не успеваю вырваться – руки обнимают, голова прижимается к моему животу.

Я не успеваю проанализировать свои эмоции, из спальни выбегает Костик.

— Папа! Папа! Привет!

Кирилл смотрит на сына, я вижу в его глазах отчаяние. Костя подходит, Кирилл берет его в кольцо рук, лоб ко лбу.

— Па, ну ты чего как маленький? Не реви…

— Я… я не…

Но я вижу, что глаза его влажные. Больные.

Костик берет Кирилла в оборот, тащит играть, показывать тот мини автопарк, который появился у него за время нашего пребывания тут. Две машины привез Роман. Несколько купила я – при отеле есть детский магазин.

Сын ни на минуту от отца не отрывается, а у меня есть время вздохнуть и подумать.

Откуда он узнал? Неужели Шахов? Нет, он не мог. А кто? Анюта? Нет, уж она точно не могла. И мама не могла.

Всё еще не могу понять, что чувствую, зная, что Кирилл знает. Я успела считать и его боль, и его ужас.

Но что они значат на самом деле? И что мне с того, что он страдает?