Книга Цена предательства, страница 77 – Элен Блио

— И чего ты молчишь, Ник?

— О чём я молчу?

— О том самом. Кирилл тебя динамит с документами?

— Ну… я, в общем, и не рассчитывала.

— А мне сказать?

— Зачем?

Он вздыхает. Уже прошло две недели после того эпизода в его кабинете. И… мы больше не целовались. Ну, легкий «чмок» в щеку при прощании и встрече иногда я не считаю. Именно иногда. Потому что не всегда мы встречались и расставались в интимной обстановке, то есть наедине.

Чаще где-то в магазине, когда рядом были его сотрудники или моя Анюта. Она по-прежнему требует с меня отчета о продвижениях с Шахом, а я пожимаю плечами.

Какие продвижения? Я развожусь и… я жду ребёнка от бывшего.

Анюта как-то спросила меня, заранее попросив прощения за неудобную тему, почему я сохранила эту беременность.

Для меня это был странный вопрос. Ребёнок не виноват ни в чём. Он уже есть. И я его люблю просто потому, что он мой. Не Кирилла. Мой. В первую очередь.

Как и Костик, который как-то странно не особенно переживает из-за отсутствия отца, хотя я не могу сказать, что Кирилл был плохим папой. Напротив, мне казалось, что он отличный.

Я вообще сейчас, по прошествии некоторого времени стала размышлять о той, прошлой счастливой жизни с Кириллом. Пытаясь понять, такая ли она была счастливая? Что заставило моего мужа мне изменить?

Может, он прав? И я реально была такой душной, что ему захотелось расслабиться?

Мне казалось, я его мотивирую, двигаю к цели, помогаю раскрыть его потенциал. Оказывается, я была слишком правильной, слишком идеальной. Загоняла его в рамки, из которых он захотел вырваться.

— Ника, о чем ты думаешь?

— А? – Я не замечаю, что реально мысли мои убежали далеко. Мы ужинаем с Шахом, и он ждёт ответа, почему я не сказала ему о том, что Кирилл не стал ничего подписывать. – Прости, я… Ром, давай только ты не будешь на него давить, а?

— Почему? – он наклоняет голову, внимательно меня рассматривает, у него красивые глаза, такие… влажные, лучистые, манящие…

Как хороший коньяк в бокале.

Думаю об этом и слегка краснею. Потому что Роман мне снился, уже два раза. Снилось, как он прижимает меня к стене и целует. И еще в лифте.

Там было горячо.

Просто перед сном я смотрела какой-то фильм, и там героиня с героем так страстно обнимались, пролетая десяток этажей.

— О чем ты думаешь? – голос Шаха становится низким и вкрадчивым. Как будто он знает.

Опускаю глаза. Молчу. Я словно попалась на месте преступления.

— Ника…потанцуем?

— Что? – встрепенувшись, оглядываюсь, уже поздно, в ресторане мы одни, Костик у мамы.

— Моя любимая мелодия играет.

Прислушиваюсь, понимая, что не могу определить исполнителя.

— Вряд ли ты знаешь, - он встает, подаёт руку, - пойдем, давай, не бойся.

Я не то, чтобы боюсь, но… Да, немного боюсь. Себя. Слишком мне с ним комфортно, и это пугает.

Он горячий, сильный, у него офигенный одеколон, запах которого просто манит, да, да, реально, когда он использует этот аромат, мне хочется его нюхать все время.

— Это группа «A-ha», слышала? Норвежцы. Старпёры, как и я, вернее, они-то постарше, прилично. А песня – их ранний хит, только поют они его как балладу. Не знаю почему, но мне так больше нравится. Видимо старею. Раньше вообще их не слушал.

— Ничего ты не стареешь.

— Ты правда так думаешь? – он прижимает меня крепче. Ого… насколько крепко. И… нифига он не стареет, это точно. Ему всего тридцать семь. Разница в двенадцать лет меня бы раньше напугала, а теперь… - В некотором смысле я еще очень даже нестарый. Не хочешь проверить?