Книга Твой личный враг, страница 142 – Настя Орлова

— Все, что тебе может понадобиться в это время, есть в этой квартире, – возражает Даниил. – Все твои вещи, за которыми ты так и не соизволила вернуться. Завтра выходной, поэтому я отвезу тебя сам, и ты возьмешь из своей квартиры то, что тебе необходимо.

— Ты знаешь про мою квартиру? – спрашиваю я, чувствуя, как чуть успокоившееся сердце начинает биться в ускоренном ритме.

Все это время мне казалось, что я нашла себе убежище, из которого меня никому не достать. Но если Даниил все это время знал, где я, что помешало ему прийти раньше? Почему все это происходит именно сейчас?

— Про квартиру, работу, про то, что в понедельник у тебя экзамен по литературе, – пока он перечисляет все это, его блестящие синие глаза пристально смотрят на меня, не мигая.

— Это месть, да? – спрашиваю я. – Лично мне или моей семье?

— Не драматизируй, Мира, – его губы кривятся в усмешке. – Ты понятия не имеешь, о чем говоришь. Учись отвечать за свои слова и поступки.

Он вдруг быстро сокращает расстояние между нами и резко хватает меня за подбородок, не слишком мягким движением приподнимая мое лицо, чтобы наши глаза встретились.

— И, будь добра, не воспринимай свое возвращение в мою жизнь как вынужденную жертву, – его пальцы врезаются в кожу, и я чувствую, как мгновенно откликается на это прикосновение мое тело – кровь бурлит, сердце отчаянно рвется, а кожа покрывается мурашками. – Жертвы мне не нужны. Никогда в жизни я не держал у себя девушек силой и не укладывал их силой в постель, и вряд ли ты, моя жена, станешь исключением из этого правила.

Я задыхаюсь от его наглости, но мою гневную ответную тираду, которую я собираюсь начать, обрывает звонок его телефона.

Даниил отпускает меня, смотрит на экран, слегка хмурится.

— Сегодня можешь занять свободную комнату рядом с основной спальней, – бросает он, а потом отворачивается к окну и начинает разговор с невидимым мне собеседником.

В этот миг я чувствую полную беспомощность, словно на меня мчится грузовик, а я не могу двинуться с места, чтобы ему помешать.

Я встаю с дивана и направляюсь в гостевую спальню просто потому, что сейчас я не могу оставаться рядом с Даниилом.

Я закрываю за собой дверь и растерянно опускаюсь на край кровати.

Господи, где был мой разум все это время и как я могла допустить такое?

Несмотря на то что морально я пребываю в полном раздрае, засыпаю, едва моя голова касается подушки. Зато просыпаюсь рано и долго маюсь, уставившись в светлеющий кусочек неба за окном, не понимая, что мне делать дальше.

Можно, конечно, рассказать все папе – наверняка он найдет для меня хорошего адвоката по бракоразводным делам и в своей типичной манере отца-спасителя не скажет мне ни слова упрека. Но внутри меня все переворачивается, когда я представляю себе такое развитие событий – ну, не заслужил отец разбираться еще и с последствиями моего скоропалительного замужества.

Переворачиваюсь на бок и крепко обнимаю подушку, словно она может придать мне силы для предстоящей борьбы. В том, что это будет именно борьба, после вчерашнего вечера я даже не сомневаюсь, очень уж наглядно Даниил продемонстрировал свои намерения.

Снова переворачиваюсь на спину, на этот раз выискивая дефекты на идеально гладком белом потолке.

Ах, если бы я только понимала его мотивы.