Книга Развод в 45. Богатые тоже платят, страница 36 – Рина Беж

Какая прелесть!

Нашли крайнюю.

— Ай-ай-ай, какая непослушная старая девочка, — не могу не подколоть.

— Прекрати паясничать! — летит строгое.

И вот тут я не выдерживаю.

— Голос на меня не повышайте, — произношу твердо.

Бардин-старший сжимает челюсти и пристально смотрит на меня. Давит. Я на него. Никто не собирается отводить взгляд.

Не знаю, сколько это длится, но Сергей Данилович все же отступает первым.

— В общем так, — произносит он примирительно. — Предлагаю поступить, как взрослые люди. Вика, у тебя же еще отпуск?

— Верно, — киваю после паузы.

— Отлично. Купи себе билет и поезжай куда-нибудь развеяться. Смени обстановку, отдохни, обдумай решение еще раз, здраво, со всех сторон, на свежую голову.

— Девочки…

— Девочки пусть с бабушками на море летят. Им тоже надо успокоиться, ведь ты и их умудрилась уже накрутить, — вот прохиндей, даже тут успевает куснуть. — А я останусь с Анатолием и прослежу, чтобы он перестал дурить.

Дурить…

Как мило звучит.

Толик полгода дурил, но папа сделает ему а-та-та и наставит на путь истинный.

Рука-лицо, честное слово.

— Хорошо, — решаю не спорить, тем более что план свекра практически один в один повторяет мой собственный. — Только пусть он эти пару дней, пока я не уеду, побудет тут у вас. Не хочу новых скандалов.

— Не проблема. Решим.

— Спасибо. Тогда я, пожалуй, поеду. Устала после операции.

Поднимаюсь на ноги и, повернув голову, перехватываю взволнованный взгляд матери. Не говоря ни слова, просто ей киваю.

— Верное решение, поезжай, — одобряет мои слова свекор, после чего добавляет. — Будь аккуратна на дороге.

Это что? Завуалированное предупреждение?

Поворачиваюсь к Сергею Даниловичу, чтобы распознать угрозу в его взгляде, но тот ничего не выражает.

— До свидания, — выдыхаю в итоге. — Провожать не нужно.

С этими словами наконец покидаю не особо гостеприимный дом.

Вечером, когда отсылаю маме электронные билеты, переоформленные на нее и свекровь, в ответ получаю теплое:

«Не волнуйся, милая! Я не позволю Рите обработать девочек. Береги себя. Люблю тебя»

АНАТОЛИЙ

— Где ты? — вместо приветствия бросает в трубку отец.

Голос прям-таки сочится недовольством, будто я — не взрослый, состоявшийся мужик, крутой бизнесмен и уже больше двадцати лет сам отец семейства, а несмышленый и зависящий от них юнец, стреляющий деньги на сигареты и на походы в клуб.

Бесит этот вечный контроль и стремление мной манипулировать, хотя именно я… Я! Я!!! Я!!! содержу их с матерью.

Я — хозяин жизни.

Я — весомая фигура в мире бизнеса.

Я — тот, с кем считаются.

Я оплачиваю все их недешевые хотелки, чтобы они про пенсию даже не вспоминали.

Я купил им огромный особняк в крутом месте, в который они ткнули пальцем, сказав: «Хотим!».

Я отстегиваю их домработнице нехилую зарплату и спонсирую поездки на курорты по три раза в год.

Я оформил на них большую часть бизнеса, чтоб им спалось слаще, а то ведь вдруг что-то пойдет не так.

«Слишком уж твоя жена самостоятельная и неуправляемая личность, не внушающая доверия», — припоминаю слова матери. Но тут я с ней, как и отец, согласен.

Вика реально неуправляемая. Особенно теперь.

Подумаешь, увлекся Сатоевой. Изменил. Велика беда. Да так половина страны живет и не парится. Молчит в тряпочку и делает вид, что всё окей.