Книга Случайная мама. Чудо под Новый год, страница 3 – Рина Беж

Все встало на свои места.

Я поняла главное: мне больше не надо искать повод и вести сложные разговоры о несовместимости. Не надо посыпать голову пеплом, что не смогла полюбить, а это, оказывается, в отношениях важно, ведь только тогда грязные носки под кроватью, немытая посуда в раковине и муж — белоручка, пропадающий если не на работе, то в виртуальном мире компьютерных игр, воспринимается с улыбкой и пониманием, а не рычанием бешеного гризли, рождающегося внутри тебя.

Я нашла выход. Точнее, выход нашел меня. Предоставил повод легко и просто собрать вещи и уйти в туманпереехать в квартиру, оставшуюся в наследство от бабушки, которую полгода как собиралась сдавать, но так и не сдала. Не дошли руки.

Зато после застуканной измены и руки дошли, и ноги. И не только до бабулиной квартиры, но и до ЗАГСа, где в тот же день подала заявление на развод.

Сразу нас не развели, к сожалению. Дали пару месяцев на обдумывание и возможное примирение. Стихоплет на славу постарался. Снова заливался соловьем, чирикая о любви. И только я обрадовалась, что вот-вот двухмесячный срок подойдет к концу, а новый год я встречу свободной женщиной, как Казаков «порадовал», что подтянул к делу адвоката. Благоверный с какого-то перепугу вздумал претендовать на кое-какое мое имущество.

И вроде как бояться мне нечего, но все мы люди умные. Знаем: куча законов в нашей стране легко двояко трактуется, а в суде зачастую побеждает не тот, кто прав, а тот, у кого руки длиннее и много всего в загашнике припрятано: связей, власти, денег, друзей при власти и непременно хитрая жопаголова в наличии.

Поднявшись на третий этаж, окончательно расстегиваю шубу — очень уж жарко — и обозреваю коридоры, уходящие влево и вправо.

«Пожалуй, двину туда», — ступаю в тот, куда ведет интуиция. И угадываю.

— Ага, тридцать первый, тридцать второй… всё правильно, сюда. Мне тридцать пятый нужен, — бубню под нос, продвигаясь дальше и дальше и удивляясь, что кругом тишина и никого нет.

Понятно, рабочий день у большинства давно закончился — восьмой час вечера на дворе, — но неужели в этом здании только нужный мне адвокат так долго трудится?

Хотя, без разницы, даже если он один за всех трудоголик. Мне главное — его застать. А секретарь сказала, что он свободен бывает только в это время.

Дойдя до кабинета с нужной цифрой, вчитываюсь в серебристую табличку на стене справа. Убеждаюсь, что всегда занятой и вечно неуловимый А.А. Звягинцев принимает именно здесь, и коротко стучусь.

Ответ разбираю плохо. Непонятное бу-бу-бу и никакой конкретики, потому на свой страх и риск все же решаю, что это было: «Войдите», и смело толкаю дверь.

Женщина в задранном платье, распластанная по столу — первое, что бросается в глаза. Второе — широкая спина мужика, нависающего над ней.

— Саша, дьявол криворукий, я больше не могу ждать, суй скорее, — бьет по перепонкам женский нетерпеливый голос.

— Черт подери, Мила! Не видишь я стараюсь, но он не лезет! — рычит мужской.

— Да вы охренели, товарищи! — вплетаю в диалог свой третий.

ОКСАНА

Возня на столе мгновенно затихает, будто невидимый колдун, взмахивает волшебной палочкой и примораживает двоих оголодавших, превращая их в камень. Кабинет заполняет настороженная тишина и тихое гудение кулеров системного блока.