Книга Случайная мама. Чудо под Новый год, страница 2 – Рина Беж

А в итоге застукала своего трудягу в поте лица вкалывающим не в общении с клиентами, а между длинных ног начальницы — заведующей магазином, в подсобном помещении.

Хотя обед тогда все равно порадовал. Правда, не муженька, а меня.

Наличием под рукой.

Открыла банку с горячим молочным супом с лапшой, который Мишаня до одури уважает, а я даже на дух не переношу, хотя варю варила исправно, и от щедрой души выплеснула все содержимое на увлеченных процессом спаривания любовников.

Ох, как сладко он орал, что спина и жопа пятая точка сгорели.

Ох, как она верещала, прикрывая свои надувные выдающиеся прелести, что посторонним на склад вход запрещён.

Ох, как широко и злорадно я улыбалась, глядя на этих двоих, — ну не плакать же, право слово! — и мысленно благодарила судьбу, что привела меня в нужное место в нужное время и показала кобелиную натуру муженька, с которым и прожили-то всего-ничего. Всего-то девять месяцев, если говорить точнее.

А если б лет пять или больше? А если б детей родили?

Кошмар.

Кошмар, который, к счастью, не случился.

Нет, права была мама, когда меня от брака отговаривала и заверяла, что спешу. Подумаешь, скоро четверть века отмечу, ничего страшного, вся жизнь впереди. Встречу еще своего мужчину. Непременно встречу. Не дело это — за первого встречного-поперечного…

А я, дурында, ее не слушала, за другое переживала. Ведь как так-то? Все подружки замуж повыскакивали к двадцати годкам, одна я, заучка, в старых девках осталась.

Никому ненужная.

А значит что? Правильно, дефектная.

А кому охота дефектной быть?

Вот с этой совсем негениальной мыслью и пошла за того, кто первый позвал. Скорее-скорее, едва не сверкая пятками.

И пусть не любила Казакова, тоже мне проблема, он-то любил — Мишаня о чувствах заливался почище звонкоголосого соловья. А какие стихи читал — м-м-мм, с выражением, аж заслушаешься. А как красиво ухаживал — цветы с клумбы каждую неделю воровал! А как ревновал ко всем.

И неважно, что моложе меня на два года. И неважно, что приезжий и только-только закончил университет по направлению «Судовождение», куда вечный недобор. И неважно, что из общаги, чтобы остаться в нашем городе, ему надо было куда-то съезжать.

Всё было неважно, ведь он меня замуж позвал!

Это я позже поняла, что прогадала с выбором. Ни лампочку тебе перегоревшую в люстре поменять — нафиг-нафиг, вдруг током стукнет; ни полку к стене прибить — такие сложности можно только профессионалам доверять и лучше «мужа на час» вызвать; ни продуктов купить — боже, там же все сложно и непонятно: сроки, производители, консерванты… Казаков не мог ни-че-го.

Зато стихи по-прежнему читал выразительно и цветы таскал, пока клумбы по осени не завяли, и ревновал, ох, как ревновал — даже к завхозу школы, в которой я работала учителем начальных классов, дедку шестидесяти восьми лет со вставной челюстью.

В общем, к моменту, когда застала Мишаню между ног его новой Музы, шоры с глаз упали окончательно, а желание уговаривать себя, что стерпится-слюбится, нужно просто подождать и притереться, растаяло без следа, как утренний туман под лучами жаркого солнышка.

Да какое там?!

Я, кажется, в тот момент выдохнула.

С облегчением. Неимоверным.

Будто титан, которому больше не надо держать на плечах небесный свод.