Книга Измена. Право на счастье, страница 75 – Софи Вирго

— Они ведь не знают, кто я для тебя, Дамир. О нас никому неизвестно.

— Ошибаешься. На парковке, когда я резко себя повел, я заметил слежку. Теперь о тебе всем известно. Я думал, у меня есть время, чтобы ты нарядилась без свидетелей, но ошибся. Ты мое слабое место, по которому будут бить в первую очередь. Рядом со мной ты в безопасности и под угрозой. Солгу, если скажу, что готов отпустить легко. Не готов. Ты мое солнышко, – улыбается этому сравнению, и на моем лице отражаются ее чувства. – Но, если ты поймешь, что не хочешь быть под угрозой, не буду тебя держать. Это нормально – бояться.

Хочет что-то сказать, но я машу головой, прошу помолчать.

— Я люблю тебя, Мил. И это не спонтанные слова. Ты внутри, ты часть меня. Но я готов отпустить, потому что не хочу, чтобы ты страдала рядом. Только тебе решать. И решение надо сказать прямо сейчас, пока я могу тебя оправдать и вывести из-под удара. Но если ты останешься, то придется мне доверять без объяснений. Понимаешь?

Кивает.

— Отлично. Я оставлю тебя на десять минут. Подумай и прими решение. Потом я вернусь и… неважно. Все зависит от твоего ответа.

Встаю и ухожу в кабинет, запрещая себе смотреть на нее. Пусть решает. Я приму любое решение. Едва закрываю за собой дверь, отрезая нас друг от друга, приходит сообщение

Самир: «Господин, они доехали до дома. Как и приказано, мы не стали их останавливать. Машины пометили, снимки людей сделаны. Одного уже видел около госпожи, но в гражданском. Для них ее статус подтвержден».

Твою кочерыжку.

Решай, Мила. Все еще хуже, чем могло бы быть.

Милана

Угроза семье. Стиль жизни и привычное общение. Да, в этом весь Дамир, а я просто истеричка. Самая настоящая. Зачем говорю с ним так резко? Он ведь старается, вижу.

У меня десять минут на принятия решения. Вот только какого? Не знаю как, но он стал для меня, как воздух. Понимаю, что нельзя так быстро впускать его так глубоко в душу, вот только он незаметно для меня уже отвоевал себе местечко. Встаю с дивана, и сама прохаживаюсь по гостиной. На комоде стоят фотографии с его семьей. Даже те, что тогда стояли в спальне. Успел переставить.

Хасанов – явно семьянин, иначе как объяснить, что мало фотографий, где он с друзьями? Особенно мне нравится с маленькой девчушкой, его племянницей. Темненькая малышка с пухлыми щечками так и притягивает к себе внимание. Как бы я хотела от Дамира такую же принцессу. Маленькую, озорную, но с серьезными глазами Хасанова.

Даже сейчас хочу, когда мне может угрожать опасность, как его женщине. Но ведь это не однодневная опасность. Так будет всю жизнь. Если он боится, что меня используют как рычаг, то что говорить про наших детей? Ладно я, перетерплю, смогу понять и переждать, но ведь малышей придется вырывать из жизни, ничего не объяснив. Для них это стресс. Если останусь с ним, это всегда пороховая бочка, вместо твердой земли под ногами.

Мне бы уйти, найти спокойного и жить дальше. Вот только сердце от одной мысли сжимается, и из легких словно весь воздух выбивает. Не видеть его хмурый взгляд спросонья, не слышать хриплое «с добрым утром. Вкусно пахнет», не чувствовать тепло его кожи, кажется невыносимым. Не смогу уже без него. Не представляю себе жизни без него. Все будет серым, пресным, скучным.