Книга Всё ради завтра, страница 18 – Аника Соловьева

________

К тому моменту, когда опустела третья бутылка соджу, их разговор стал ватным, сбивчивым, часто переходил в смех. Они перебивали друг друга историями, шутили, пели обрывки песен – будто были давними подругами, которые встретились спустя много лет.

В какой-то момент Юна махнула рукой и снова рассмеялась:

— Всё… язык больше не слушается.

— Значит, вечер удался, – усмехнулась Саюри, доставая кошелёк из сумочки.

— Юна, можно я скажу тебе кое-что? – произнесла она, отодвигая рюмки на край стола.

— Конечно.

Юна почувствовала, как голос коллеги вдруг стал серьезнее, а взгляд немного прояснился.

Саюри смотрела на нее несколько секунд, во взгляде можно было заметить грусть.

— Цени родителей. Не отворачивайся от них, даже если не всегда находите общий язык. Они у тебя хорошие – это видно. Может, ошибаются или не слушают, но всё равно остаются твоими.

Юна опустила взгляд.

— Иногда кажется, что они просто не понимают, чего я хочу, – тихо сказала она.

— Поверь, – вздохнула Саюри, – ни один родитель не понимает до конца. Мы стараемся, но все время боимся за детей – и этим только мешаем. Мы ведь тоже живем в первый раз. И не всегда знаем, как лучше. Мы просто хотим, чтобы вы были счастливы.

Она на миг замолчала, и голос её дрогнул:

— Я бы многое отдала, чтобы просто посидеть с дочерью вот так. Без упрёков. Просто услышать её голос.

Юна почувствовала, как в груди защемило. Слова застряли где-то между жалостью и виной.

Саюри грустно улыбнулась, прикрыв ладонью лицо:

— Не упусти момент, Юна. Иногда кажется, что всё можно исправить… пока не становится поздно. Я вижу, у вас с родителями что-то происходит. Не знаю что, но, уверена, это не причина рвать связь. Будь мудрее, тебе это по силам, я знаю.

Когда официант принёс счёт, Юна попыталась взять его, но Саюри мягко прикрыла бумажку ладонью.

— Не спорь. Сегодня я угощаю. Считай это моим вкладом в твоё будущее.

— Но… – начала Юна, но менеджер уже проводила картой по терминалу.

— Просто поблагодари и пообещай, что не сдашься. – сказала Саюри и убрала кошелек обратно в сумку.

Юна кивнула. В её сердце осталась тёплая, чуть щемящая уверенность: этот вечер действительно что-то в ней изменил.

Вернувшись домой, Юна застала родителей за кухонным столом. Они о чём-то тихо разговаривали, грея в руках чашки с чаем.

— Юна, ну наконец-то! Как же мы переживали с папой! – мама выскочила из кухни, едва услышав звук открывшейся двери.

— Привет… а почему вы не спите? – тихо спросила Юна, снимая обувь.

— Мы волновались, дорогая, – отец подошёл ближе и крепко обнял дочь за плечи. От него пахло свежезаваренным чаем и мясным жиром – наверное, только недавно закончил смену и еще не успел принять душ.

— Простите меня… – прошептала Юна, опуская голову, чтобы скрыть глаза, в которых уже блестели слёзы.

По дороге домой в голове всё не унимались слова Саюри: «Не упусти момент… пока не станет поздно». Она вдруг ясно поняла, насколько она была права. Родители ведь действительно всего лишь хотели ей лучшего. Пусть не всегда умели это показать, не всегда понимали её желания – но хотели, стремились.

— Милая, ты чего? Всё в порядке? – мама заглянула ей в лицо, нежно коснувшись щек ладонью. – Мы просто хотели убедиться, что ты в безопасности. Ты в последнее время так мало разговариваешь с нами…