Книга Наедине, страница 67 – Юлия Амусина

— Мы просто хотим поговорить, Михаил Алексеевич. Уверяю вас, тут нет никакого подвоха. Нам в самом деле известно, на что вы способны, поэтому давайте не будем доставлять друг другу лишних неприятностей? Пройдемте с нами, и вы сами все узнаете.

Бывший мент?

Я скалю зубы с видом законченного идиота, глядя за тем, как «интеллигент» небрежно распахивает полы своей куртки, будто бы ненавязчиво демонстрируя мне скрытый под ней пистолет. Я оцениваю возможную опасность с полувзгляда, хотя и не слишком разбираюсь в оружии. Да это и не важно; кулаки мне здесь все равно не помогут. Так что я вновь развожу руки в стороны и киваю, демонстрируя свою полную готовность к добровольному сотрудничеству.

— Вот и отлично, — хвалит лидер отморозков, разворачивается и ныряет за угол здания. Само собой разумеется, я, памятуя о ребятах позади, иду следом, мысленно подготавливаю себя к очередным испытаниям. Черт с ним, со здоровьем, я всегда считал, что умирать в цветущем виде скучно. Зато очень скоро все станет предельно ясно, и гадать мне больше не придется.

Так, стайкой, мы подходим к темной иномарке, за рулем которой скучает еще один персонаж из моей новой компании. При виде нас он вышвыривает в окно недокуренную сигарету и наскоро заводит двигатель автомобиля. Лидер ныряет на переднее сиденье, меня устраивают позади, с двух сторон садятся оставшиеся двое ребят. Меня не бьют по голове и даже не завязывают глаза, чтобы я впоследствии не мог просчитать точную дорогу до места назначения, и это наводит на определенные мысли. Избавиться от меня для них, пожалуй, слишком круто, но чем черт не шутит?

Напряжение во мне растет в одинаковой степени с желанием во всем разобраться.

Я некстати вспоминаю о своем обещании позвонить или написать Серафиме и давлю смешок, все отчетливее понимая, что мне уже не дадут этого сделать.

Надо было поцеловать ее, что ли, напоследок. Досадно, ведь получается, ни за что страдаю.

Эта идея мне на удивление нравится, и какое-то время я предаюсь вполне искренним сожалениям о несделанном. Но разбегаться в фантазиях нельзя, и мысли мои вновь переключаются на текущий момент, я снова принимаюсь проигрывать в голове возможные исходы своего вынужденного путешествия в неизвестность, а заодно пытаюсь сориентироваться и просчитать, каким путем и куда мы следуем.

Поворот. Светофор. Пустынная дорога, вновь светофор. Мы выехали из города и движемся теперь в направлении поселка Михайловское, именно там живет наш перспективный ученик Павел, любимец отца, которому так не повезло навернуться почти на ровном месте и сломать ногу. От него я возвращался домой автостопом в тот день, когда чудная тачка бомбилы заглохла в опасной близости от «Клуба Почитателей Тлена», приюта всех чокнутых нашего города.

Ночь моего знакомства с Серафимой.

Я понимаю, что мы приехали, когда машина останавливается возле высоких автоматических ворот, и водитель тянется рукой к пульту, активируя механизм управления. Ворота медленно отъезжают в сторону, а машина, напротив, плавно въезжает на просторную территорию двухэтажного панельного дома. Я таращусь по сторонам, ожидая наткнуться взглядом на что-то или кого-то, способного навести меня на правильную мысль, но лишь сильнее путаюсь в спорных прогнозах и уже даже не пытаюсь что-то самостоятельно понять.