Книга Наедине, страница 122 – Юлия Амусина

— Куда ты? — она маетно покусывает нижнюю губу, не сводя с меня острого взгляда, зябко трогает пальчиками дрожащие плечи, и я понимаю, что она замерзла. На улице в самом деле чертовски холодно, погода совсем испортилась.

— Домой, — я все-таки улыбаюсь, крепче сжимая ладони в карманах.

— Ты чего? — она нерешительно берет меня за руку чуть ниже локтя, подходя совсем близко, и все мои дурацкие недавние мысли застревают комом в моем горле. Я пожимаю плечами:

— Твои друзья дали понять, что в моем присутствии нет никакой надобности.

— При чем тут мои друзья? — она смотрит мне в глаза, а такое ощущение, точно взглядом щупает мои напрягшиеся внутренности. Коротко вздыхаю и скольжу пальцами по ее ладошке, уже совсем холодной в этой зябкой осенней погоде. — Миш, — снова зовет меня по имени, даже не догадываясь о том, как оно звучит в ее неповторимом исполнении.

— Твои друзья ни при чем, — медленно соглашаюсь я, стиснув ее ладони между своих, согревая.

— Ты обещал мне быть рядом, — напоминает тихо, и в ее голосе я слышу сомнение, от которого внутри меня вновь что-то переворачивается.

— А ты хочешь этого? Ты так и не ответила мне тогда.

Как и в прошлый раз, она ничего не отвечает, улыбается слабой улыбкой и просто кивает, считая, что этого достаточно.

— Так не пойдет, — качаю головой.

Она несмело поднимает взгляд на мое лицо.

— Я хочу, чтобы ты был рядом, — признается тихо, отворачивается и добавляет после непродолжительной паузы. — Мне страшно, Миш.

— Не бойся, — лишь теперь я смыкаю ладони вокруг ее тела, притянув ее к себе и с упоением вдыхая воздух возле ее распущенных по плечам волос. — Все будет хорошо. Кто бы это ни сделал, ему не уйти от наказания.

— Нет, ты не понимаешь, — она отстраняется, только чтобы взглянуть мне в глаза и вновь принимается кусать губу, будто бы сомневаясь, стоит ли говорить до конца. — Мне стало страшно, как только ты вышел из подсобки. С тобой мне не страшно.

И теперь слова заканчиваются у меня. Не зная, как выразить ей все то, что крутится в моей голове разрозненными обрывками, я кладу ладони на ее острые плечи, слегка растирая их, наклоняюсь, чтобы поцеловать ее в висок, спускаюсь губами ниже вдоль перепачканной черным щеки и говорю ей на ухо:

— Уверена?

Она кивает, протягивая ко мне обе руки. Не могу сдержаться, целую кожу возле ее уха, разворачиваю Симу к себе и накрываю губами ее сладкие губы, со скрытым удовлетворением ощущая, как она тесно обвивает руками мою шею. Жалея о том, что невозможно продлить этот миг еще немного, я перехватываю ее ладонь своей и разворачиваюсь обратно к двери злополучного клуба, куда меньше всего хочется возвращаться. Но сделать это необходимо.

Серафима

Миха придерживает входную дверь, пропуская меня внутрь клуба. Ему немного неудобно, ведь я по-прежнему цепляюсь за его руку, даже не подумывая о том, чтобы выпустить ее из своих пальцев. Мы вместе протискиваемся мимо посетителей, пребывающих в полнейшем неведении относительно последних событий, и глядя на них, я ловлю себя на мысли о том, что это неправильно. Должно быть как-то по-другому. В клубе произошло убийство, а эти люди как ни в чем не бывало отрываются в свое удовольствие и даже не думают расходиться. Они расслаблены, и им на все плевать.