Книга Мир против нас, страница 114 – Юлия Амусина

Но отзываться не спешил.

Макс заговорил сам:

— Как дела, приятель? Помогли мои данные?

— Да. Спасибо, – бросил в ответ, мельком скосив глаза на экран мобильного, для удобства вождения повернутый теперь боком. Глебу было плохо видно хакера, Макс же наверняка видел Хаоса вполоборота; на его экране в основном пролетали заснеженные деревья, мелькающие в боковом окне со стороны водителя.

— Сыч подсказал что-нибудь путное?

— Еще не знаю. Но по тому делу ему известно намного больше, чем тебе удалось отрыть по своим источникам.

— Возможно, будет толк.

— Возможно.

Макс помолчал, наблюдая за тем, как быстро меняется картинка на экране его мобильного.

— Сыч дал раскладку, какого хрена они тогда упустили ублюдка?

— Да.

— Понял, не телефонный базар. Ты где-то за городом? – наконец, задал он стихийно назревший вопрос.

— Типа того. Адресок один свешать нужно.

— Погода – дерьмо, Глебыч.

— Точняк… – невесело усмехнулся Хаос, сбрасывая скорость перед очередным поворотом на узкую дорогу.

Впереди простиралось широкое дымчато-белое поле с торчащими из него темными стволами деревьев. Снег все валил, не переставая, и Глеб начинал думать о том, что его бывалый внедорожник может не справиться с такой сложной задачей, как быстрый бег по нечищенным сугробам.

— Куда тебя теперь несет?

— Все туда же, – разрываясь между тем, чтобы следить за дорогой и отвечать на вопросы Щёлокова, Глеб понемногу начинал раздражаться.

— Я просто подумал, что сейчас все нормальные люди вовсю готовятся к празднику… там… Последние приготовления перед Новым годом, все дела… А у нас все через ж**у, как обычно. Я в больнице. Меня даже мать отпросить не смогла, представляешь? Ты же…

Новый год. Хороший светлый праздник для всех, кроме него.

И Кости, борющегося за жизнь под скальпелями людей в белом.

Кроме всех, кто так или иначе связан с ним.

— Макс, ты просто так балясы точишь? – грубо прервал его Глеб, нахмурившись от таких безрадостных мыслей.

— Да, разумеется! – ощетинился Щёлоков. – Я просто… Черт! Все паршиво. Ты разве не чувствуешь, что в канун Нового года должно быть как-то… иначе?

Усталый вздох Глеба мало походил на толковый ответ.

— Я не готовлюсь. Мне вообще по барабану все эти гребаные праздники, баклан. Ты там балду гоняешь, вот и сходишь с ума от безделья, а мне… некогда обращать внимание на новогоднюю мишуру. У меня есть цель, и пока она не достигнута, я не могу балдеть вместе с остальными. Я не могу праздновать гребаный Новый год, пока моя девчонка в лапах е***ого психопата, который хочет ее убить, ты че, не догоняешь?

— Да все ясно… – в досаде бросил Макс, понятия не имея, как донести свою мысль. – Мне тоже как-то не до этой праздничной шняги. Но в коридорах развешаны «дождики», окна, опять же, в снежинках из бумаги, цветных таких, совсем как в детстве… Медсестры разряженные бродят, одна даже синий колпак нацепила с фальшивой светлой косой... И все непременно поздравляют с наступающим праздником.

— Поздравляю тебя, Макс. Счастья и здоровья в Новом году.

— Да пошел ты…

— А че ты от меня хочешь? Не в цвет пургу гонишь, еще и ждешь чего-то в ответ.

— Просто… забей, – Щёлоков махнул рукой, будто Хаос мог рассмотреть на экране этот жест. – Глебыч, куда тебя черти несут в одиночку, еще и в такую погоду? Застрянешь где-нибудь, а вытаскивать тебя будет некому.