Книга Я твоё отражение, страница 62 – Юлия Амусина

Что именно, а, дружище?

Ну… знаешь, что Лерке тачку в хлам раздолбали?

Ден замер, кажется, на мгновение даже перестав дышать, и медленно, очень медленно повернулся корпусом в ту сторону, где с местами порванного плаката по-прежнему улыбалась такая знакомая ему девушка. На фотографии она действительно была похожа на ангелочка; впрочем, его эта личина обмануть уже не могла. Было время, когда Дену пришлось на собственной шкуре испытать коварство и предательство этой особы.

Леркину? — криво усмехнувшись, делано спокойным тоном уточнил он, ткнув указательным пальцем в плакат.

Да, Ден, я тебе об этом уже говорил.

И что?! Повторишь еще не раз, если будет нужно, усек? — Ден кивнул головой, приглашая Юрку пройти внутрь комнаты, сам сел в кресло и небрежно положил ладони на подлокотники.

Ворон устроился на диване, напротив босса.

Кто? — коротко поинтересовался Ден.

Откуда мне знать? — искренне изумился Ворон. — Ты не давал приказа узнать, а сами мы лезть не стали. В конце концов, нам не стоит соваться во все это.

Цербер должен знать, пронеслось в голове Дениса. Этот придурок всегда в курсе любых дел, значит, и о взрыве Леркиной тачки кое-что ведает. Но другой вопрос, почему не вмешивается в ситуацию? Может, видит какую-то выгоду для себя? Цербер никогда ничего не делает просто так.

Это могут быть какие-нибудь ее личные враги? — задал он вопрос Ворону.

В глазах Юрки отчетливо читался ответ: «Ты — самый злейший ее личный враг. Другие, даже если есть, ни за что не осмелятся покуситься на жизнь бандерши, как бы она им ни насолила. Потому что ее бойцы отплатят, найдут и очень жестоко отомстят. Это, все-таки, закон криминального мира».

Но вслух Ворон, конечно, не собирался говорить ничего подобного.

Не думаю, — очень лаконично. — Кстати, у Лерки был реальный шанс отправиться на тот свет, но неизвестный подрывник почему-то решил взорвать тачку, когда девки не было внутри.

Какая-нибудь радиоуправляемая х**?

Именно, Ден.

Слушай, Ворон, я думаю, что нам надо поучаствовать в том, что происходит, понимаешь? Смотри, что у нас выходит: кто-то решил избавиться от наших злейших конкурентов, и… Постой-ка… — Ден нахмурился и поднял вверх палец, призывая и без того безмолвного Юрку к молчанию. — Брат, какая-то хрень выходит. Если Лерку могли хлопнуть, но не хлопнули, значит, целью было напугать?

Ага-а, — как-то нечленораздельно промычал Ворон.

Какого хрена ее пугать просто так? Из спортивного интереса?!

Ден, я не знаю.

А ты подумай! Тебе мозги, вообще, для чего нужны? Или их у тебя нет?

Ден, мне кажется, что нам не стоит пока во все это лезть, — осторожно попытался вразумить босса Ворон. — Как бы, в натуре, крайними не остаться.

Ты чего-то путаешь, дружок. Кто вообще может сделать меня крайним? МЕНЯ? — Ден вскочил и поднял обе руки, что выражало одну из степеней его раздражения. Впрочем, парень почти сразу же опустился на место и даже хищно улыбнулся. — Да я тому кишки на х… намотаю и заставлю на это смотреть! Че я, пацан, что ли?

Ворон лишь пожал плечами, сообразив, что до разума Дена невозможно достучаться. Ну совершенно никак! Он убежден в своей крутости, вседозволенности и неприкосновенности, а потому не желает ничего слушать о том, что кто-то вообще может осмелиться выступить против его «владычества». Ворон точно не знал, но иногда думал о том, что в прошлом боссу пришлось очень много «воевать», чтобы в итоге выбить себе тепленькое местечко под солнцем; тогда-то он и потерял всякий страх и чувство контроля над собой. Он стал… нет, не эгоистом, потому что на себя всегда плевал, отчаянно гробил собственное здоровье, усиленно лез на рожон, не пропускал никаких драк (даже если сцепились вообще какие-то левые придурки, Дену обязательно нужно размять кулаки), иногда, бывало, бесстрашно лез под пули… Да, он безрассудный, их босс, но за это пацаны его и уважают. За то, что творит беспредел назло принятым в обществе правилам поведения и нормам приличия, за то, что никогда не швыряет своих людей в самое пекло, а предпочитает прежде идти сам, за то… Да, у него куча отрицательных черт, да, он жестокий и агрессивный, да, в чем-то абсолютно свихнувшийся ублюдок… Но, в конце концов, к этому все уже привыкли и даже стали считать… нормой. Приняли его, как своего лидера, несмотря на все закидоны и прочее, прочее… Если перечислять, то наверняка можно накатать на целую книгу. И к грубости его привыкли, научились не замечать… Вот только к его непредсказуемым поступкам привыкнуть не смогли, но зато приучились с ними мириться.