Книга Я твоё отражение, страница 34 – Юлия Амусина

Когда все присутствующие на собрании обратили свои взгляды на меня и задали один единственный вопрос, банальный и до жути лаконичный: «Война?», я с полминуты молчала. Затем по очереди посмотрела на каждого, создавая видимость усиленных раздумий, после сказала, что торопиться, все же, не стоит. Отморозки Дениса имеют реальные шансы победить, к тому же, в случае ошибки, у нас уже не будет возможности отыграть ситуацию назад, так как всем известно, что Ден — наркоман и псих, а его люди — хорошо выдрессированные психом чокнутые кровожадные монстры. Если мы объявим им войну, а после выяснится, что это наша ошибка… Они всех нас перебьют, без всяких сомнений.

Признаться, я вздохнула с облегчением, когда Вадик, а потом и все остальные, единогласно меня поддержали в этом решении. Мой доверенный пообещал тщательно разузнать все, что только можно о взрыве и, в случае, если удастся доказать причастность отморозков Дена, войны будет уже не избежать.

И вот, Вадик уже довольно долго где-то носится; за окном почти рассвело, а от доверенного что-то ничего не слышно. Я пытаюсь взять себя в руки, настроиться на позитивный лад, отогнать прочь мысли о возможных военных действиях с… братом, но не могу полностью отпустить негатив и расслабиться. Мобильник постоянно находится рядом со мной — каждую минуту я в ожидании звонка от Вадика. Эту ночь я попросту не смогла сомкнуть глаз, так и просидела, бессмысленно таращась в пустоту за окном и попеременно опрокидывая в себя чашки с крепким чаем.

Быть может, стоило выпить чего покрепче и заснуть спокойным (впрочем, это как повезет) сном, но я не пью. Совсем. Бросила употреблять любой алкоголь после того, как увидела и испытала на себе последствия спиртного и наркоты в лице моего брата.

То было ужасное время… Я выкарабкалась после ранения, нанесенного мне Деном, оклемалась телом, но отнюдь не душой. Каждую ночь я с силой сжимала простынь и хваталась ледяными пальцами за все, что было в относительной близости. Я не могу вспомнить ни одного сна из тех, которые мне тогда снились, тем не менее, точно знаю, что вскакивала в холодном поту, с гулко бьющимся из груди сердцем, после до самого утра не могла уснуть, молча лежала, давила в себе слезы и мутными от влаги глазами смотрела в потолок.

Белый, невообразимо скучный и унылый больничный потолок. Мое самое жуткое воспоминание о тех днях.

Резкий телефонный звонок вывел меня из состояния легкого оцепенения. Протянув руку, я ухватила мобильник, прочитала на дисплее имя «Вадик» и тут же поспешила принять входящий вызов.

— Лер, я не вовремя?

— Вадик, без проблем, как только у тебя появляется что-то важное, просто набирай номер.

— Да, да… Лера, я кое-что узнал, но пока эта информация никак не поможет нам понять, кому понадобилось взорвать твою тачку.

— Твое дело рассказать, а думать буду я сама, — немного резко сказала я.

— Конечно, — тут же согласился Вадик. — В общем, я думаю, что «начинку» в твою машину сунули утром, когда ты заезжала в сервис.

— Что за бред?! Я прекрасно знаю всех сотрудников…

Они как раз ни при чем, — перебил Вадик. — Один из охранников видел человека, который был одет в форму механика, но раньше этот парень у них не работал. Охранник, само собой, заинтересовался и подошел проверить, но вынужден был вскоре отступить — у парня оказался при себе значок, ну, ты знаешь, этот самый, фирменный.