Книга Я твоё отражение, страница 162 – Юлия Амусина

Ну, что, дружище? Подумал о смерти?

Нервно сглотнув, Леха покачал головой и прикрыл глаза, стараясь освободить себя от этого повергающего в ужас холодного взгляда. И в то же время парень почувствовал резкую боль в челюсти.

Никто и глазом не повел; все молча наблюдали за тем, как дернулась, запрокидываясь назад от удара, голова пленника. Леха помотал черепушкой и медленно ткнулся подбородком в собственную грудь. Аккуратно повел челюстью, проверяя, не сломана ли. С челюстью был относительный порядок, а вот один из зубов не выдержал удара Якунина; Леха ясно ощутил его языком. Противный привкус крови заставил пленника сморщиться; по подбородку потекла алая струйка.

Ч-черт, — пробормотал Леха, выплюнув зуб и скривившись от боли. — Мой зуб!

Погоди, — притворно нахмурившись, Ден покосился на отвалившийся клык своего пленника и с трудом подавил усмешку. — Блин, гадом буду — это реально зуб! Вот это поворот, а?

Леха с силой зажмурился; внутри него ярость и жажда мести перемешивались с дикой болью, образуя прямо-таки гремучую смесь. Пленник слышал тихий смех Дена, чувствовал, как раздирает изнутри злость, и, не отдавая себе отчета в том, что делает, рывком поднялся на ноги. Ден перестал смеяться и очень быстро вернул пленника на место — коротким и точным ударом ноги возвратил стулу седока, но чего-то не рассчитал, и все это добро с шумом рухнуло на пол. Почувствовав болезненное соприкосновение затылка с полом, Леха взвыл; перед глазами пленника замигали радужные круги, образуя странный, но тем не менее интересный узор.

Ты на редкость глуп, Леха, — скорбно покачал головой Якунин; тяжелые подошвы его ботинок оказались всего в нескольких сантиметрах от искаженного лица пленника. — Не хочешь разговаривать и строишь из себя героя, в то время как мне точно известно одно — ты не из тех, кто будет терпеть боль и дальше, так и не обмолвившись о своих хозяевах. Ты больше ценишь собственную жизнь, чем шкуры тех, кто послал тебя ко мне, правда? Молчи, я и сам знаю, что прав…

Ден присел и с интересом посмотрел на Леху. Сквозь пелену в глазах пленник видел, как головорез что-то сосредоточенно вертит в руках. Напрягшись, парень сфокусировал зрение… о, черт!.. Леха отлично понял намерения Якунина, когда сумел рассмотреть в его руках длинный ржавый гвоздь.

Смотри, что мои пацаны отыскали в твоей тачке, Леха, — тем временем говорил Ден, с любопытством изучая свою находку. — Это гвоздь, дружок. Хочешь, я расскажу тебе о том, для чего он может быть использован?

Смотри сам — гвоздь вообще штука клевая, а если у тебя имеется достаточное количество, то ты вообще фартовый, а? Можешь смастерить себе какую-нибудь хрень на свой лад и вкус, а можешь ради забавы подложить какому-нибудь особо ненавистному упырю… Вариантов — масса. Но знаешь, какой мой любимый? Нет-нет, прошу, только не говори, будто подумал о том же, что и я? Вгонять гвозди под ногти не то чтобы скучно, однако чересчур накладно, поэтому данный вариант нам не подойдет. Я тебе уже сообщил о том, что у меня мало времени?

Болтая таким образом, Денис резко схватил пленника за руку и с силой вжал его ладонь тыльной стороной в пол. Леха в прямом смысле слова ощутил, как бешено подпрыгнуло его собственное сердце куда-то ближе к горлу. Страх теперь ощущался намного четче даже привкуса соленой крови, потому что в секунду сковал все тело, опутал разум и волю, заставил кровь содрогнуться в мышцах, подчинил себе целиком и полностью.