Онлайн книга «Последняя ночь»
|
— Предлагаю ввести штрафные баллы за эту чертову фразу, — процедил он, склонившись близко-близко к моему лицу. — Какую? — «Сделаем вид, что ничего не было», — сказал в том же тоне, а в глазах засверкали молнии красноречивее любых слов. — Ты скоро… — Было. У нас с тобой все было, Варенька, — сказал, отчетливо чеканя каждое слово. Его теплое дыхание касалось моих губ, и было такое ощущение, что вот сейчас, непременно, он меня поцелует. — Влад… — Все. Было. Я вписал тебя не в свой паспорт в свою жизнь. Я отдал тебе все, что имел, себя без остатка, на других никогда не смотрел. Только ты в башке, как привинченная не открутить. Никогда больше таких не встречал ни до, ни после. А тебе мало, да? Всегда и всего было мало. Я слишком приземленный и ограниченный для того, чтобы быть рядом с тонкой и возвышенной творческой натурой. Грязный механик и нежная девочка. Дельфин и русалка. — Влад, слезь с меня, — прошептала, хоть и намеревалась сказать это четко, без запинки. Но бывший специально выбрал такую неудобную, более чем неоднозначную позу отрезал мне все пути к отступлению, сделал так, чтобы в ответ на его мысли вслух я могла лишь неразборчиво пищать, а не бросаться в атаку. И это постоянное навязчивое ожидание поцелуя, подогреваемое ощущением жаркого дыхания Влада в каких-то жалких миллиметрах от моего застывшего лица… Нечестно, черт побери! Обезоружил меня мастерски. — Скажи громче, я не расслышал, — нахально заявил Влад, даже не скрывая при этом удовольствия, вызванного моим плачевным положением и неспособностью отстоять в навязанном споре свою точку зрения. Я почувствовала, как его левая ладонь мягко скользнула к моему бедру и медленно поползла вниз, оглаживая. — Ты вновь захотела от меня убежать, Варенька? Поцелуй меня уже… — Но ведь ты сама вернулась обратно. — Не к тебе. Ты сам прекрасно знаешь, — выдавила с трудом, очень тихо; под весом Влада говорить было тяжело. — Ты так эротично шепчешь мне на ушко, — он склонился ниже и теперь едва не касался моих губ. Вторая рука легко скользнула мне под футболку, пальцы проникли за край лифчика, поддев болезненно напрягшийся сосок. Я замерла, боясь дыханием выдать свое состояние. Он сводил меня с ума и без всей этой клоунады, о чем наверняка догадывался, но эти его кривляния достигли одной важной цели об Алене и собственных муках совести, помноженных на опасения остаться ни с чем, я начисто забыла; все мои мысли сосредоточились вокруг Влада и гаданий относительно дальнейших движений по моему телу его шустрых конечностей. Желание быть с ним, слиться в единое целое, отдаться на волю его рук и губ, взамен отдать всю себя, возвращалось стремительными темпами, набирало обороты, пульсировало в ямочке у виска. — Ты помнишь, как запала на мою смазливую рожу, а я сдал тебя своим поклонницам? засмеялся, глядя мне в глаза. — Ты уже тогда был редким козлом, вот только я на тебя не запала, — прохрипела, дернувшись. — Надо было не рисовать меня, а сразу написать письмо как же хорошая девочка не догадалась последовать примеру литературной героини? — Иди к черту со своей хорошей девочкой! Вообще, я до сих пор не уверена, умеешь ли ты читать… — У тебя глаза горят. Как тогда, на площадке, помнишь? Я сделал все возможное, чтобы вывести тебя на эмоции, а потом поцеловал и ты моментально растаяла. |