Онлайн книга «Никто не узнает»
|
— Что за… — Кукла, — ухмыляется Марк. — Раз уж ты так активно меня выпроваживаешь, я должен пойти тебе навстречу, но прежде ты предложишь мне что-то взамен. — Еще хоть одно движение, и ты получишь по яйцам, — зло цежу сквозь зубы, а сердце все быстрее колотится в груди, выдавая проступающий страх. Этому придурку все-таки удалось меня напугать. Я и раньше не питала на его счет особых иллюзий, но совсем не ожидала, что он схватит меня и будет вести себя так… варварски. Хуже, чем прежде. — Так ты не любишь прелюдии? — Псих! — дергаю рукой. — Что тебе от меня нужно? Что тебе… — Подумай. Ты умная девочка, наверняка сообразишь, — большим пальцем он мягко оглаживает мою щеку, и я нервно дергаю головой, уходя от нежеланных касаний, что его смешит. — Скажи прямо! — Я бы сказал, но не могу… — продолжает издеваться он, слегка поддевая бретельку моего платья. — Хватит. Перестань. — Что-что? Ты говоришь, продолжай? — Сукин сын, ты… — Стоять, — едва я делаю попытку отлепиться от стены и вернуть себе занятое им личное пространство, как чертов сводный братец стремительно суровеет, из его светлых глаз пропадают следы недавнего веселья, теперь они взирают на меня строго и… страшно. Я нервно сглатываю, ощущая, как по моему телу легкими волнами пробирается все более осязаемый страх. Пользуясь моей растерянностью, Марк склоняется ниже и целует меня. Захватывает зубами мою нижнюю губу, тянет к себе, пытаясь вовлечь меня в поцелуй, который остается односторонним… А я понимаю, что не могу даже пошевелиться. Тело сковано, оно меня совсем не слушает. Марк сильнее прикусывает мою губу, его руки ползут по моим плечам, соскальзывают на талию, мнут подол платья… Он все еще целует меня и ему, кажется, совершенно плевать на то, что он не на шутку меня пугает. Зарывается носом в мои распущенные волосы, целует возле уха. Я чувствую его ладонь, проникающую под подол, он мягко гладит мое бедро, задевая внутреннюю сторону, а я набираю в грудь больше воздуха, и вдруг меня словно отпускает, отчаяние и страх придают необходимых сил для отпора. Отталкиваю его и, не мешкая, вбиваю в его щеку размашистую пощечину, кипя гневом и зашкаливающим возмущением из-за его действий, его плещущейся через край наглости и ничем не подкрепленного самодовольства. — Придурок! — Надо же… с тобой очень сладко,— провоцирует меня Марк, слегка коснувшись пальцами красного следа на щеке. — Заткнись и немедленно убирайся отсюда, иначе я закричу! — Зачем? — не наигранно изумляется он. — Убирайся! — Не нервничай, сестренка, это всего лишь… Остаток его фразы забивает дверной звонок, и в этот момент сердце в моей груди совершает головокружительный кульбит, потому что я совершенно точно знаю, кто находится за дверью. * * * В резко наступившей тишине я слышу собственное взволнованное дыхание. Марк стоит рядом и смотрит на меня с любопытством, очень заинтересованный моей реакцией и тем, что я собираюсь делать дальше. А что я собираюсь делать? Я и сама плохо представляю, знаю только, что мне нужно отмереть и идти открывать дверь — смалодушничать и притвориться, что в квартире никого нет, все равно не получится. Марк шепчет со своего места: — Ты такая милая, когда тебе страшно… — и это вдруг придает мне недостающей решимости, впрыскивает в кровь порцию необходимой злости. Иду в прихожую, на ходу поправляя на себе платье, пару секунд держу руку над замком и все-таки отпираю дверь. На пороге Феликс с огромным букетом разнообразных пестрых цветов, который он тут же передает в мои руки. Целует меня, прижимает к себе, одновременно закрывая входную дверь, но вдруг отстраняется, и я понимаю, что он заметил непрошеного гостя. |