Книга Никто не узнает, страница 127 – Юлия Амусина

— Да. И это не обсуждается. Я не оставлю тебя в квартире моей дочери. Кроме того, нам с тобой, парень, нужно серьезно поговорить, ты так не считаешь?

— Считаю. Но вы сами заметили, она расстроена… — эти двое разговаривают так, точно я неодушевленный предмет, который можно игнорировать и обсуждать в его же присутствии, и это здорово бесит.

— С ней остается мой человек. Поехали, — отец кивает на дверь, и Марк, помедлив, осторожно разворачивает меня к себе лицом.

— Я должен поговорить с твоим отцом. Обещаешь не делать глупостей? Завтра я вернусь, и мы решим, что делать дальше.

— Уезжайте все, — я сбрасываю его руку и повторяю громче. — Все! Уезжайте и оставьте меня уже, наконец, в покое…

* * *

И жалею о своих словах едва ли не сразу после того, как дверь за Марком и папой захлопывается, и путь к ней перекрывает внушительный шкаф по имени Сергей, оставленный в качестве своеобразной страховки.

— Ты ведь не собираешься торчать здесь всю ночь? — приподняв бровь, с нарочитой небрежностью спрашиваю я, на что он пожимает мощными плечами:

— Я буду здесь, пока твой отец не отменит задание.

— Вот еще! Какой бред… — я думаю об анониме, который по обыкновению станет звонить посреди ночи и, разумеется, привлечет внимание охранника папы. Нет никаких сомнений, что Сергей все передаст отцу, тот заинтересуется очередным пластом моих проблем и… Ну и к черту! Половину он уже знает, пусть без нелицеприятных подробностей и в самых общих чертах, но я понятия не имею, что ему напоет сейчас Марк. Если он расскажет папе все, что тот хочет знать, в чем я практически уверена, скрываться будет уже ни к чему.

Мне просто станет все равно.

Разворачиваюсь и, не обращая внимания на Сергея, скрываюсь в комнате, демонстративно захлопнув дверь, которая спустя пару секунд распахивается на всю ширину.

— Это как понимать? — повысив голос, интересуюсь я.

— Не закрывай дверь. Я должен знать, что ты ничего не сделаешь, — спокойно комментирует Сергей, и я, не выдержав, швыряю в него маленькую подушку.

— Спятил совсем? Что я могу сделать в своей комнате?

— Нель, не усложняй, а? Отец сказал не спускать с тебя глаз.

— А если я захочу переодеться? Тоже не спустишь?

— Обещаю смотреть в сторону, — я бы заподозрила его в издевке, если бы не знала, что представляет из себя этот парень, слишком прямой и бесхитростный в своих словах.

— Как хочешь, — в конце концов, раздраженно бросаю я, отворачиваясь от него, вместе с ноутбуком устраиваюсь на постели с той стороны, которую прошлой ночью занимал Марк, испытывая что-то близкое к неясной тревоге от того, что его сейчас нет рядом со мной. Почему я не попросила его остаться? Он нужен мне больше, чем отцу.

И… в это трудно поверить, но может быть, я тоже ему нужна?

Пытаясь сосредоточиться и выбросить Марка из головы, снова пробегаюсь по своим страницам, еще раз меняю везде пароль и все равно чувствую себя слишком уязвимой. Что будет завтра утром — очередной феерический завал моего профиля всякой дрянью? Что еще может придумать этот неизвестный сукин сын? По видеосвязи звонит Акулина, но я, покосившись на бдительного Сергея, решаю, что нам лучше пообщаться без звука. Открываю мессенджер.

«Ты просто так звонишь? Я пока без связи»

«Дорогая, что было на твоей странице? Мне кажется, за одно только утро я безнадежно отстала от жизни»