Книга Никто не узнает, страница 109 – Юлия Амусина

— Нет. Неправда, Нел. Я не понимаю, с какой стати ты так много времени проводишь с этим придурком, не понимаю, что вообще может быть у вас общего, если только вы не…

— Фил, не надо, — перебиваю я.

— Ты считаешь меня идиотом? Нет, скажи, правда считаешь?

— Нет, ты знаешь, что это не так.

— Я не знаю. Хочу, чтобы ты сама мне все рассказала. Зачем тебе понадобился этот отпуск?

— Я устала! — заявляю громче допустимого, но сразу же понижаю голос до прежней интонации. — Прости… Я просто устала от всего, понимаешь? Я… по-моему, кадры — это не совсем то, что мне подходит. Я хочу найти себя в чем-то другом.

— Ты устала от работы?

— В том числе. Да.

— Ты же сама захотела туда пойти, Нел, — Фил удивленно приподнимает бровь.

— Чтобы быть ближе к тебе, — на сей раз это правда, и она срывается с моих губ очень легко.

— Тебе незачем этим заниматься, — Фил хлопает ладонью по столу, — если устала, то завязывай с кадрами, никто тебе и слова не скажет.

— А вдруг я потом передумаю? — сама знаю, как тупо это звучит, и ничуть не удивляюсь соответствующей реакции Феликса:

— Ты сама не знаешь, чего хочешь? Не можешь решить, нужна ли тебе эта работенка?

— Да, что-то вроде того.

— Насколько я помню, твой отец не хотел, чтобы ты работала. Он был против этой идеи, но тебе захотелось попробовать. Если дело только в работе, бросай ее к черту и становись прежней, окей? — Фил берет мою руку, поглаживает большим пальцем. — Раньше мне было проще понять, что с тобой происходит, но сейчас… детка, это просто атас.

— Я пока ничего не бросаю. У меня две недели: попробую привести мысли в порядок, надеюсь, мне хватит этого времени, чтобы что-то решить. Ты не злишься на меня? — застывшим взглядом смотрю на наши руки.

— Злюсь, детка. Работа — это ерунда, больше всего меня напрягает твой братец. Мне кажется, что этот кретин повсюду. Преследует тебя или даже меня, — Фил усмехается. — Если бы его было поменьше, Нел…

— Но… мы ведь одна семья, — слабо сопротивляюсь я, вновь начиная чувствовать скользкую дорожку под ногами, ведущую меня по пути лжи, затягивающей все дальше в глубокий омут. Это ловушка. Чтобы сохранить то немногое, что у меня осталось, я должна запрятать подальше слабые отголоски совести и напропалую лгать, потому что даже крупица правды способна все уничтожить.

— Нел, он тебе никто, — уже с ноткой раздражения напоминает Феликс.

— Нет, это не…

— Так! Это именно так. Вы друг другу посторонние люди, брак его мамаши с твоим отцом ничего не меняет. И если ты считаешь по-другому, это уже знак для меня, ты разве не понимаешь?

— Фил, ты можешь просто поверить мне?

— Извини. Пока этот парень увивается возле тебя, не могу. При всем желании, детка. Он слишком наглый; черт знает, чего вообще от него ожидать.

— По-видимому, я зря завела этот разговор, — поднимаюсь, но Фил хватает меня за запястье.

— Ну-ка, постой. Ты разве считаешь, что мы закончили?

— Я считаю, что мы снова зашли в тупик. Это происходит снова и снова — у нас никак не получается договориться. Мы тупо не понимаем друг друга. Предлагаю взять паузу.

— В отношениях? — усмехается Фил.

— Отдохнуть друг от друга, — нахмурившись, корректирую я. — Возможно, все дело в этом.

— Ты от меня устала? Я вот от тебя не устал и могу прямо сейчас это сказать.