Книга Купеческая дочь за горца не пойдёт, страница 87 – Татьяна Михаль

— Тот самый, – подтвердил он с лёгкой усмешкой.

Я сглотнула. Мне захотелось подпрыгнуть на месте, закричать от счастья и, наверное, упасть в обморок для приличия. Но я сдержалась, потому что Пирогов смотрел на меня со скептическим любопытством и лёгким раздражением, и осмеливаться на радостную истерику было бы верхом глупости.

— Я так много о вас читала, – выговорила, наконец.

— Читали? – переспросил он. – Где же? Мои труды рассчитаны на врачей и хирургов, а не на юных девиц.

— На днях купила вашу книгу. И я интересуюсь медициной.

— Интересуетесь, значит, – хмыкнул он. – Ну что ж, сударыня, надеюсь, ваш интерес не угаснет. Вчера вы удивили меня, но посмотрим, что будет дальше. Сегодня вас распределят к старшей сестре. Она покажет вам, что и как у нас устроено, и, уверяю вас, это не будет похоже на чтение медицинских книг.

Он махнул рукой, подзывая пожилую сестру в белом чепце и фартуке, и её глаза напоминали две маленькие чёрные, ядовитые ягоды.

— Вот, Александра Тимофеевна, – Пирогов кивнул в мою сторону, – новая сестра милосердия. Марья Арсеньевна.

Александра Тимофеевна окинула меня неприязненным взглядом и покачала головой. Она явно осталась мной недовольна. Точнее тем фактом, что я вообще сюда явилась работать.

— Так, – заговорила она неприятным голосом, – новенькая, значит. Надеюсь, вы понимаете, что здесь не бал и не театр. Здесь работают. И если у вас есть привычки вроде падать в обморок при виде крови, то лучше уходите прямо сейчас.

— У меня нет таких привычек, – ответила ледяным тоном. – Я профессионал.

— Поживём-увидим, – фыркнула она. – Ну что ж, голубушка, извольте приступить к своим прямым обязанностям. Сегодня вы займётесь вот этим.

Она указала на угол, где стояло ведро, чем-то наполненное.

Я поморгала, надеясь, что мне просто чудится.

— Что именно я должна делать? – проговорила, надеясь на лучшее.

— Выносить судна, – ответила она ледяным тоном. – Мыть их, чистить, дезинфицировать. Когда закончите, перейдёте к полам. Можете считать это этапом вашего обучения, если вам так хочется, но, по-моему, вы быстро поймёте, что ваше место дома, в уюте и заботе.

Я сглотнула.

М-да, приговор ясен: «Иди-ка ты отсюда и не мешайся». Но я не была бы собой, если бы сдалась после первого же испытания. Тем более, когда речь шла о лечебнице, где работал сам Пирогов!

Да я была готова выносить хоть десять вёдер с суднами, хоть тридцать, лишь бы быть рядом с великим хирургом.

— Хорошо, – проговорила невозмутимым тоном. – Покажете, куда именно уносить и…

Она кивнула и выдала мне форму.

Я переоделась в коморке, потом взяла ведро с помоями.

Александра Тимофеевна повела меня к двери в туалетную комнату. Она глядела на меня с подозрением.

«Ты работаешь в лечебнице Пирогова, Марья, – говорила я себе. – Это начало, и это прекрасно».

Я мыла, чистила и дезинфицировала вёдра и судна, которых натаскали целую кучу. Глаза слезились, обоняние, наверное, атрофировалось. И тут за моей спиной раздался громкий мужской голос произнёс: — Так вы и есть та новая сестра, которая вчера удивила Николая Ивановича?

Я повернулась и увидела высокого человека с густыми усами. Он был одет в мундир военного врача и выглядел если не удивлённым, то, по крайней мере, заинтригованным.

— Я? – переспросила, всё ещё держа в руках очередное судно. – Пожалуй, да.